— Можно, доченька, можно, милая, Светка, Светланка, какое тебе спасибо, господи, светлячок мой…

Она все повторяла ласковые, нежные слова, гладя Светку по головке, как маленькую, а та, и впрямь как маленькая девочка, тихо плакала, обняв маму за талию и спрятав лицо у нее на груди.

Вадим поднялся на ноги. В явной растерянности посмотрел на женщин, потом перевел взгляд на сидящего на кровати Сережу. Тот переводил не менее растерянный взгляд с женщин на него и обратно, и вдруг задержался на его глазах, смотря уже не только растерянно, но и с надеждой. «Ты — старший, тебе — решать…»"

"Ругнувшись в душе, Вадим решительно пошел к выходу из комнаты, мотнув головой Сережке — иди за мной. За спиной услышал, что парень рванул за ним только что не вприпрыжку. И вдруг понял, что теперь, после этого своего жеста, он за него отвечает так же, как за Светку и… черт, за Марину. И что ответственность эта ему — нравится.

В коридоре остановился и оглянулся. Сережка смотрел на него снизу вверх, взгляд был ждущий чего-то — ласки, решения, совета? И вдруг сказал:

— Дядя Вадим… я… сейчас не смогу вас называть «папой». Я хочу, но… не могу, мне… привыкнуть надо.

Вадиму полоснуло по сердцу. «Блин, не успели мы с Ленкой сына… может, такой же был бы, а этот… сирота. Всего тринадцать…»

Молча протянул парню руку. Тот неуверенно подал свою, и Вадим вдруг плотно, по-отцовски прижал его к себе.

Обоим впору было заплакать, как женщины в комнате. Но они сдержались, хотя Сережка, кажется, пару раз все же хлюпнул носом на широкой груди мужчины.

Когда они разъединились, у Вадима в голове была одна-единственная мысль: «Все, теперь точно пропал мужик. И ведь как быстро — суток не прошло, а?». Однако жалости к себе он почему-то не испытывал, а на лице у него была счастливая, от уха до уха, улыбка.

Сережкина улыбка была очень похожа на нее.

********В большую, полупустую Вадимову квартиру Марина с сыном перебрались окончательно в следующие выходные. Старшие заняли небольшую, но светлую спаленку, отдав большую с огромным «сексодромом» детям.

Родить Марина больше не смогла, хотя и очень хотела сделать Вадиму такой подарок. Впрочем, никого это особенно не расстроило.

Сережа в двадцать лет совершил первую и единственную попытку побега от Светланы, закрутив вдруг сумасшедшую любовь со смазливой девицей на год младше себя. Светка за ту неделю, что он не ночевал дома, вся извелась, а Вадим с Мариной, хоть и жалели ее, но только посмеивались. Вернется, никуда не денется. Ладно, были бы Светка с Сергеем женаты — а то ведь Светка ему пока скорее сестра, чем жена, разве тут убежишь?

Через год инцидент был забыт, и Светлана никогда, ни при каких обстоятельствах о нем Сергею не напоминала. Впрочем, и Сергей никаких поводов к этому не давал.