Я и плюнул — ну охота девке, выросло у нее все, так пусть лучше с родным отцом, чем под забором. Тем более что у меня самого, как жена умерла, на вашего брата как-то ни времени, ни желания особого не было. Больше кулаком своим обходился, все, наверное, похожую на свою искал…

Чуть помолчал. Марина, проникнутая сочувствием, незаметно для себя перебралась под водой к Вадиму чуть ближе.

— Ты, кстати, чем-то на нее похожа. И внешне, и характером — тихая, основательная… Или мне показалось? — он, смотревший до этого в сторону невидимого в темноте горизонта, повернул голову к Марине и улыбнулся.

Смутившаяся Марина опустила голову.

— Не знаю… насчет «тихая» особенно. Я ж все-таки начальник, хоть и маленький, какая уж тишина. Хотя… дома, так и впрямь ты, наверное, прав. Если вспомнить, так я ведь ни на мужа, ни на сына в жизни голос не повысила…

Чуть помолчали.

— Не замерзла?

— Нет, вода — как парное молоко, давай еще чуть посидим.

— Марин…

— Что?

— А ты со своим… как? Нет, не хочешь — не рассказывай…

— Да как… Лидка свое кино дала посмотреть нечаянно, ну и посмотрели… нечаянно с Сережкой вместе, — Марина хихикнула. — А потом — просто не удержалась, тоже ведь почти шесть лет без мужика, а этот — вон, ты видел, здоровый уже как бычок, во всех местах. Правда, и головой думала тоже. Ну вот, надумала, — голос был довольный.

— Не жалеешь?

— Нет. Нам с ним хорошо. Да и Лида с Колей во всем правы, я думаю… А ты?

Вадим тихо засмеялся.

— Я? Ты Светку видела? Кто ж от такой юницы у себя в постели откажется? Если и жалею, то о том, что в конце концов другому мужику достанется, ну так это — по Лютеровой молитве, — и он, чуть переврав, процитировал: «Господи, дай мне силы не переживать в тех случаях, когда я не могу ничего сделать». Да и… действительно, правы Лида с Колей — это не моя женщина, это — моя дочка. А то, что друг другу удовольствия всякие доставляем — так это хорошо, но сути отношений не меняет, правда ведь?

Марина вдруг потерлась о его плечо головой: «Правда…» — и встала.

— Пойдем, Вадик, а то простынешь еще…

Вадим, обрадовано и удивленно посмотрев на нее — «ну вот, давно обо мне женщина не заботилась», — встал, и они пошли в сторону дачи.

На развилке дорожек остановились.

— Маринка, ты еще в баню хочешь? В спальнях душ есть, с теплой водой, если надо.

— Не хочу, — обрадованная ответным ласковым обращением, Марина тепло посмотрела на Вадима. — Но тряпки-то все равно зайти забрать надо?

— Зачем? Пусть себе лежат до утра, никуда не денутся, — Вадим поднял голову и посмотрел на звезды, лишь слегка закрытые в самой вышине легкими перистыми облаками. — А утро будет теплым, я обещаю, нам одежда совсем не понадобится.

Повернул голову и посмотрел Марине в глаза, ласково улыбаясь.