И что это было? Так реально можно паранойю заработать! Почему-то я уверен, что только что произошло очередное покушение на меня любимого.

Посмотрел на руку. Кровь тихонько сочилась из-под куска обожжённой глины, капая на пол. Было больно, но терпимо. Очень надеюсь, что у них не хватило ума предварительно смазать кувшин ядом.

Аманда моментально, как молодая, подскочила ко мне и схватила за повреждённую руку, причитая:

— Ну что же вы так неаккуратно, господин? Поранились вот, а глину из раны всю просто так не вычистишь, по-любому песчинки останутся, загноение теперь будет, — и, приблизившись к уху, прошептала: — Магией в вас кидали, уходить срочно надо. Я против колдуна не потяну, ты магии вовсе не обучен, — повысив голос, договорила: — Срочно идём, я займусь твоей раной!

Ну, теперь я был уверен, что завалить меня не так и просто, но что я знаю о магии? Да вообще ничего, кроме того, что у человека могут светиться ладошки, и от этого всё мигом заживает.

Мы вышли из барака и направились к Аманде домой. Интересно, я так и проживу у неё весь свой срок заключения, все пять оставшихся дней? С нами отправили одного охранника, здорового мужика с несползающей с лица дебильной улыбкой.

Добравшись до места, зашли в дом, а охранник удобно расположился на лавочке у входа.

— Садись и закрывай глаза! — скомандовала Аманда. — Раздеваться в этот раз не нужно. И руку вытяни! Ох, заработаю я с тобой магическое истощение.

Я выполнил требуемое, и практически сразу боль отступила. Следом раздался звук падения керамики на дощатый пол. И вскоре я услышал тихое:

— Готово.

Я открыл глаза и в последнюю секунду успел подхватить на руки безвольное тело старушки, она явно была без сознания. Не зная, что делать, локтем сдвинул посуду, оставшуюся после второго обеда, в сторону и аккуратно уложил тщедушное тельце на стол.

Похоже, пришла моя очередь заботиться и ухаживать. Кстати, рука уже совершенно не болела, и, мельком взглянув на ладонь, не нашёл там даже шрама. Аккуратно подсунул Аманде подушку под голову, укрыл тряпкой, которой обычно укрывали меня.

Не зная, чем ещё могу помочь, решил всё-таки сделать хоть что-то. Как минимум согреть кипятка. В местных травах я совершенно не разбираюсь, но, когда она очнётся, подскажет, чего и сколько заварить. Подкинув дров в огромную печь, поставил чайник, предварительно долив воды из ведра.

Сзади раздалась возня, и я обернулся. Аманда, кряхтя, пыталась подняться. Подскочив ближе, я помог ей сесть.

— Ох, годы мои долгие, — проскрипела она. — Совсем старенькая, былой силы не осталось вовсе. Поберечься тебе надо, госпо… Андрей, — её голос стал серьёзным и даже набрал силу.