Свечей было много, и ещё больше лежало их в больших картонных коробках, выстроенных вдоль стены. Ночевать нас оставили здесь, предупредив заранее, так что я решил сегодня впервые с того дня, как пришла Беда, расслабиться и спокойно пить водку, ничуть себе не отказывая в количестве оной. Тем более что и повод есть — обмыть наше спасение.

Среди омоновцев были три женщины — врач и две радистки, но в основном компания состояла из крепких мужиков, каких, собственно говоря, в это подразделение и принимают.

Сидели хорошо, весело, с музыкой из переносного проигрывателя, с анекдотами и хохотом. Ближе уже к отбою, когда всё было выпито и съедено, сидевший рядом со мной коротко стриженный парень с носом картошкой и веснушчатой физиономией сказал:

— Угомонились мертвяки вроде после вашего рейда, снова тихо стало. Как раз за сутки затихают, давно заметили. Так что если вам надо ещё где пошарить — давайте. За ещё одну «поляну» снова спасать приедем, никаких проблем.

— Не, так не выйдет, — сказал я в ответ. — У нас планы теперь другие, и ехать нам надо будет очень далеко, в Кировскую область.

— Это на фига? — поразился он.

— А надо нам, — удивительно ёмко ответил я."