А Ирида стояла и думала - что бы она испытала, если бы он сейчас встал и сделал с ней то, что она нафантазировала? Отвращение? Страх? Или...

Вот это ""или"" оставалось открытым. Именно оно выворачивало душу наизнанку.

Как и голос Богдана...

Гадать далее Ириде не пришлось, потому что Богдан снова стал заваливаться вперед.

На этот раз Ирида успела добежать и подставить своё плечо, предотвратив его падение. Кое-как удерживая полусидящее тело мужчины, вес которого дважды, как минимум, превышал её собственный, Ириде удалось запрокинуть его назад на кровать.

- Тихо, тихо, - прошептала она, не замечая, как предательская слеза заструилась по щеке. Видимо, день сегодня такой - излишне ""мокрый"". - Всё хорошо, лежи... Скоро мы прилетим на Латунию, и ты окажешься в литокапсуле. Поправишься, а там..., - глаза девушки блеснули решительностью. - Там, Славинский, ты мне ответишь на все мои вопросы.

***

Ирида сварила куриный бульон, и - о, чудо! - ей удалось влить его в Богдана.

После чего, закинув тарелки в автомат по переработке отходов, Ирида устало опустилась на кровать рядом с Богданом и провалилась в сон без сновидений.

Разбудило её прикосновение к щеке. Нежное, едва ощутимое.

Спросонья Ирида не сразу сориентировалась, а когда поняла, кто её касается, резко распахнула глаза. Чтобы сразу же утонуть в темно-синем омуте."

"На этот раз взгляд Богдана был осмысленным. Он смотрел на неё, не мигая, не пытаясь проникнуть в глубины её души и выведать самое сокровенное. Он смотрел на неё, любуясь.

Подперев голову руками, Богдан лежал вплотную к ней. Она слышала, как бьется его сердце, чувствовала легкое дыхание на своей щеке. Ирида застыла, боясь шевельнуться и спугнуть чудный миг, когда один человек полностью растворяется в другом. И непонятно было, кто в их случае в ком растворялся.

- Ты рядом.

Два слова, произнесенные хриплым голосом.

Два слова, разрушающие преграды.

Два слова, дарующие надежду.

У Ириды что-то творилось с гормональным фоном, иначе она никак не могла объяснить свою слезливость. Снова запершило в горле и защипало в глазах.

- Конечно, - она постаралась улыбнуться так, чтобы губы не дрожали, и улыбка вышла искренней, теплой. - Где же мне ещё быть?

- Твоё место в моей постели, - глухо отозвался Богдан, по-прежнему не сводя с неё взгляда.

Захотелось засмеяться, подтрунить над ним, игриво бросив в ответ: ""Кому что"". Промолчала.

- Как ты себя чувствуешь? - вместо этого спросила она, отыскивая на его лице следы таинственного заболевания.

- Здоров, как никогда.

- Богдан, что это было? Что с тобой? На тебе нет ран, ты не горишь в лихорадке. Но, между тем, падаешь в обморок и не приходишь в себя больше суток. Что за хворь на тебя напала?

Богдан медленно повел головой.

- Хворь - какое интересное слово.

Захотелось его ударить. Сильно.