Хорошо, что у неё опыта Зверолова нет.

В груди шевельнулась досада, но я сдержался.

— Ну не тупи, Стёпка! Поэтому и рассказываю тебе, — ответил, понизив голос. — Отведи их в другую сторону. Мне надо в низину, к ручью, где ивы растут. Ты знаешь лес, сделай так, чтобы мы не пересеклись. Выручишь?

Стёпа почесал затылок, его лицо стало серьёзнее. Он посмотрел на девчонок, потом на меня, и кивнул.

— Ладно, — сказал он. — Я их поведу к поляне у старого дуба. Там трав полно, им хватит. Ты иди к ручью, но, Макс… осторожней. Если тебя спалят без разрешения…

Я кивнул и улыбнулся.

— Справлюсь. Иди, не задерживай их.

Он с тревогой посмотрел на меня, на секунду замер, будто хотел что-то сказать, но передумал и пошёл обратно к группе. Я увидел, как Виола бросила на меня ещё один высокомерный взгляд, сделал вид, что иду домой и дождался, пока они не скрылись в лесу.

Пора и мне.

Я двинулся к безопасной зоне.

Ведро слегка постукивало о ногу, а ловушка в руке казалась слишком лёгкой, почти ненадёжной.

Но я заставил себя отбросить сомнения, несмотря на смех девчонок насчёт материала, который использовал.

Себе я доверял больше, хоть и сомневался выгорит ли. Всё-таки этот мир другой и поведение зверей разительно отличается. Взять хотя бы того же Звездного Волка. Сидит возле ноги восемнадцатилетней девчонки как верный пёс. А для остальных это всё в норме вещей.

Мотнул головой, сосредотачиваясь на главном.

Горностай — это «полезный» питомец, юркий, но не смертельно опасный. Максим бывал в безопасной зоне леса достаточно часто — его память подсказывала, где он их видел.

И это совпадало с моими знаниями. Зверьки часто бывают у ручья, любят рыбу и мелких грызунов. Вблизи воды охотятся на рыбу или лягушек.

Если поймаю, смогу продать или использовать для хозяйства. А главное — разблокирую кодекс. Это мой шанс понять, как всё работает.

— Ну привет, старый друг, — пробормотал я, улыбнулся и сделал ещё несколько шагов вперёд.

Лес встретил меня густым запахом смолы, прелой листвы и чего-то острого, почти металлического — след трав, которые росли только в этом мире. Уж слишком похоже на огнежар.

Деревья стояли плотно, их стволы, покрытые лишайником с голубоватым отливом, переплетались корнями, образуя естественные ловушки для неосторожного путника.

Густые и тёмные кроны сплетались так, что солнечный свет пробивался лишь пятнами. Он отбрасывал тени, которые двигались на мягкой лесной подстилке."

"Я шёл медленно, выверяя каждый шаг. Замечал всё: сломанный стебель папоротника, слишком ровный, чтобы быть случайным, — кто-то прошёл здесь недавно, возможно, заяц или косуля.