– О! А я разве не рассказывал?

– Я б помнила!

– Колобок – это такой очень смышлёный и весёлый человечек, у которого есть только лысая голова и больше ничего! Он даже не ходит, а перекатывается как шарик! Однажды, выйдя погулять далеко от замка, Колобок наткнулся на злых и свирепых Тварей, но не испугался, а обманув их, покатился к себе домой, выставив посмешищем Тварей перед всем Цветочным Миром.

Про то, что хлебобулочного героя схавала лиса, я не стал рассказывать, чтобы не проводить нехороших ассоциаций. Пусть хоть в моей версии сказки ему повезёт!

– А поподробнее можно? – не успокаивалась малолетняя слушательница.

– Не сейчас, Ярачка. Устал очень. – стал давить на жалость, понимая, что ничего путного сейчас не придумаю.

– А когда?

– Потом! Вот замок в порядок приведём, все раны залечим и…

– И ты опять уедешь.

– Может и так, но историю обязательно расскажу.

У Наследницы явно испортилось настроение от моих слов и чтобы как-то перевести разговор на другую тему, я спросил:

– Слушай! А как вы так лихо без взрослых с Серыми справились?! Прямо хоть в Хроники ваш подвиг записывай!

– Не было никакого подвига… Око Смерти появилось очень быстро. Все побежали к амбарам, где оружие против Серых хранится. Мы тоже со всеми побежали. Помогали его раздавать. Как взрослые вооружились, то Леммия нас под охраной отправила к убежищу. Не успели и двух десятков шагов отойти – Твари накинулись. Защитницы в бой вступили, но полегли быстро, а мы обратно к оружейным амбарам рванули. Закрылись в самый большой и арбалеты оставшиеся похватали – их много после прошлого раза наделали. Вначале тихо было, а потом Серые Ежи дверь вышибли и попёрли на нас. Я вспомнила, как мы за Кромкой тогда цавуна убили и приказала стрелять. Кто по-младше – заряжали арбалеты, а умеющие ими хорошо пользоваться – по тварям лупили. Думали, не выживем. В соседнем амбаре тоже несколько детей прятались… Мы им помочь не смогли… Я постоянно Сестёр просила, чтобы тебя прислали и они услышали! Хорошо, что стрел хватило, а то бы не дождались. Дальше ты сам всё знаешь.

Я слушал этот тихий, полный боли рассказ маленькой девочки, внезапно ставшей взрослой. Ни обычного хвастовства, ни восторженных подробностей про удачные выстрелы… Слёзы наворачивались на глаза, когда я представлял, что им там пришлось пережить.

Повинуясь внутреннему порыву, обнял, прижал её к своей груди и гладя по лысой головушке, сказал, еле справляясь с дрожью в голосе:

– А это и был подвиг, Яра.