Или, предвидя желание Степана познакомиться с панкой, заранее нанесли цыпе макияж?

Роза Михайловна молчала.

– Но мальчик накосячил, – продолжала я, – голова несушки осталась белой, розово-фиолетовой была только спина. Хотя идея нарисовать у птицы «очки» панды достойна похвалы. И с леской прекрасно придумано.

Хозяйка сделала брови домиком.

– Вы о чем?

– Судя по тому, как курица рухнула во двор, к ее ноге привязали леску, дернули за нее и потянули, – усмехнулась я. – И прощай, панка!

– Не было такого, – решительно ответила молочница.

– Вы мошенница, – резюмировала я.

 – Поняли, что Степан готов любые деньги за яйцо выложить, и расстарались.

– Вот те на! – воскликнула Роза Михайловна. – А кто меня просил? Не сама же я придумала сказочку про панку, это вы решили спектакль разыграть, даже заплатили мне тысячу рублей, соблазнили глупую деньгами. А теперь, значит, я аферистка?

– Я всего лишь просила сказать, что у вас есть яйцо панки, – возразила я, – а вы целое представление разыграли и большую сумму у Степана выудили.

– Скажу правду, – приосанилась старушка, – прилетела ко мне красная птица.

На самом деле я не выдумываю! Уж как ей наименование, не знаю…

Продолжить наглую ложь пенсионерка не успела, в открытое окно забросили «красномордую панку». Птица шлепнулась на пол, встала на ноги и разразилась сердитым кудахтаньем. В окне появилась растрепанная голова Гриши.

– Бабусек, где моя тыща? – спросил подросток. – Я сделал, как ты велела…

И тут он заметил меня. Ойкнув, парень исчез из вида. А я рассмеялась:

– Роза Михайловна, вас спалили…

Молочница молчала.

– Предлагаю бартерную сделку, – продолжала я.

 – Молчу о том, что вы ограбили Степана, а за это…

– С топором на большой дороге я не стояла, – перебила меня хозяйка, – он мне сам рубли предложил. И что, отказываться от них? Молоко и яички трудно мне достаются. Ты-то в городе живешь, работаешь в теплом месте, бумажки слева направо перекладываешь, вот и все занятие. Вона руки у тебя какие, белые, нежные. А на мои глянь – корявые ветки. Ни праздника, ни выходного не имею, поспать подольше не могу. Как корове объяснить, что ей в пять утра в воскресенье доиться не надо? Хлопот – кибитка, а доход в носовом платке унести можно.

Зима надвигается – дров купить надо. Крышу залатать требуется. Гриша из всего вырос, ни куртки зимней нет, ни ботинок. Где рублики взять? А твой приятель не знает, куда деньги девать. И чего, убыло у него? Да счастливый он сейчас.

– Разжалобить меня хотите? И тем не менее, учитывая полученную вами сумму, случившееся на языке юристов именуется «мошенничеством в особо крупных размерах» и наказывается немалым сроком, – сказала я.

Роза Михайловна подбоченилась.