А ещё тут игра Кристаллы…

— Какие Кристаллы?

— Вот! — демонстрирует яркую-радужную заставку. — Игра по три в ряд. Если соберёшь пять кристалликов, тебе дают радужную бомбу, которая может уничтожить кристалл того цвета, с которым ты соединишь бомбу.

У меня от неё голова кргугом.

— Замолчи! Что ты несёшь?!"

"— Это игра, Бекетов. Игра такая. Ты часами где-то пропадаешь, держишь меня взаперти, а я от скуки могу сойти с ума. Поэтому играю в Кристаллики. Уже восемьдесят второй уровень! — заявляет с гордостью.

В голове — атомный взрыв!

Часть правды в её словах есть безусловно. Мне не привыкать быть оторванным от всех, ночевать в отелях чаще, чем в доме родителей. Я одиночка, кочевой волк, и этого не изменить. Оседаю в родном городе, самое большое, на два или три месяца, а потом снова в турне по городам заказчиков.

У меня нет привязанностей, нет жены и детей. Даже друзей почти нет.

Я предпочитаю держаться в стороне.

Есть только один проблемный друг Ринат, который спас меня в далёком прошлом, а я спас его шкуру, вытащив из горящей машины, помог с лечением и новой личностью…

Но это исключение из правил.

В основном я ни к кому не привязан и надолго в одном городе не оседаю.

Однако это я, моя жизнь, которую я сам себе выбрал.

Я топчу эту дорожку уже четыре десятка лет подряд, с небольшим хвостиком.

Марианна — другая, соплячка совсем, к тому же из нового поколения людей, которые в год уже лихо открывают приложение Ютуб для просмотра мультиков.

Телефон — часть их жизни, продолжение их самих.

Все эти социальные сети заменяют игры во дворе в детстве, общение с друзьями.

Они знакомятся, сходятся и ссорятся онлайн. Они виртятся чаще, чем занимаются сексом в реальности…

Хоть Марианна и сделала ноги из дома, но от самой себя не убежать, и ей без телефон тошно, наверное.

Но не дай боже эта пустоголовая оставит след, наведёт на нас!

Мы улизнули из города Кулагина. Но лишь благодаря мне и тому, как я заметаю следы.

Марианна не единожды нос морщила, видя обшарпанные хаты, в которых мы ночевали, ей надоели прыжки и жизнь в салоне авто, но такова цена свободы и освобождение от преследования Кулагина.

Я не собираюсь ей это разжёвывать тысячу раз. Один раз сказал — этого вполне достаточно.

— Отдай телефон.

— Бекетов, пожалуйста! Можешь вытащить симку, но не отбирай телефон! — смотрит умоляюще. — Я же никому не звоню, никому не пишу, просто наблюдаю…

— Отдай.

Марианна кладёт телефон поверх простыни, сворачивается калачиком и начинает плакать молча.

Из глаз катятся огромные горошины слёз. Её молчаливые слёзы действуют на меня больше, чем все слова, сказанные ею раньше.

Как будто в душе появилась огромная чёрная воронка.

Внезапно я вспоминаю о разнице в возрасте между нами.

Ей восемнадцать, приятель… Ну, почти девятнадцать.