Умелые ручки…

— И? — спрашивает Марианна. — Я должна знать, за что страдаю!

— Так уж и страдаешь?

— Страдаю. Мы ведь ещё не покинули черту города. Значит, я в опасности.

— Со мной ты словно у Христа за пазухой.

Но лицо Марианны ничего не выражает.

— Это значит, что тебе ничего не грозит.

— А-а-а-а… Выражайся проще, и люди к тебе потянутся.

— Тянуться ко мне может быть опасно для жизни, Анна-Мария.

Глава 14

Бекетов

— Тянуться ко мне может быть опасно для жизни, Анна-Мария.

— Марианна, — снова поправляет. — Не надоело ошибаться?

— Я называю тебя так, как хочу.

— И за что мне это наказание? То есть за что папа тебе задолжал?

Смотрю на неё, ну, точно щеночек в ожидании сахарной косточки. Не отстанет же.

— Твой папа был мошенником.

Не удивлена. Значит, в курсе. К тому же упрямо поправляет:

— Мой папа был очень удачливым и проворным бизнесменом. Не его вина, что наше законодательство — как тот кусок сыра с дырками, оставляет множество прорех!

— Плевать. Говорю, как есть. Он создавал фирмы из воздуха и зарабатывал на том, что отмывал чужие денежки или морочил людям головы. Однажды он имел неосторожность напороться на тех людей, которых дурить никак нельзя.

— Странно… Папа обычно всё досконально проверял.

— То есть ты в курсе, чем занимался твой отец.

— Лишь в общих чертах. Возможно, он и обманул кого-то. Папа часто говорил, что без лоха жизнь плоха!

— Прекрасное у тебя образование! — фыркаю.

— Лицейское! — отвечает серьёзным тоном. — Кроме русского, я в совершенстве владею тремя европейскими языками и бегло говорю на турецком.

— Я не интересовался подробностями. Хоть на китайском болтай!

— Но ты же сказал…

— Это был сарказм, малявка. Знаешь такое?

— Токсичный юмор людей, разочарованных в жизни? — мгновенно парирует колючка.

— Какой длинный у тебя язык, Анна-Мария. Пустить в дело или укоротить?

— Лучше пусти в дело свой язык, Бекетов! — предлагает Марианна.

Разумеется, она говорит это без подтекста, но меня бросает в отнюдь не безобидную фантазию…

— Мы остановились на том, что отец надурил кого-то. Кого?

— Имена тебе знать ни к чему, Анна-Мария. Меньше знаешь, крепче спишь. В твоём случае, их реально лучше не знать… Иначе, кто знает, в какой момент Устиновым захотят отомстить дети или родственники тех, кого он он заказал?

— Не поняла… Папа же кого-то обманул и… он же их заказал?

— Да. Твой отец — пронырливый и удачливый. Был… До него дошла информация, кого он надул. Устинов понимал, что в лучшем случае, убьют его одного, в худшем — всю семью вздёрнут. Он решил пойти на опережение и сделал мне заказ. Сложный.

— Офигеть! И ты избавился от них?! Как?! — подсаживается ближе, почти вжимается своими коленями в мои, обдаёт запахом своей кожи. — Расскажи!

— Тихо и без лишнего шума.