– Да пристойно ли мне таким заниматься?"

"Тут она хитро улыбнулась и плавно провела ладонью возле живота. От этого движения на одну короткую секунду красные камни на ее пояске приняли свой настоящий вид – вид вырванных с корнем ногтей. «Она показывает, что накачана Силой безо всякого предела! – догадался Ленька. – Она одним движением мизинца может сейчас развеять меня по ветру! Даже если мизинец не ее собственный, а тот, отсеченный у трупа…»

– А все же, будьте так любезны, удовлетворите мое любопытство, сударыня! – внезапно расслабившись, с улыбкой предложил Епанчин. – Ну на кой вам какая-то девочка? Стоило ли ради сей скромной особы тащиться по снегу, в мороз?

– Какая-то девочка? – изогнула черную бровь красавица. – Да ты шутить изволишь, светлячок? А коли шутки твои мне не понравятся – не боишься?

– Вас, Арина Александровна, я могу бояться только в одном: уж больно вы хороши собой, дыхание перехватывает! Того и гляди – задохнусь от восторга!

Ведьма снисходительно дернула уголком губ.

– Язви, язва, язви! Вижу же, что в словах твоих, нарочито легковесных, много правды – нравлюсь я тебе.

– Нравитесь, – не стал отрицать Ленька. – Да только роли это никакой не играет, увы.

– А что играет? Ты скажи, я, может, и исполню! В обмен на Анюту.

– Да что вам в ней?! – начал сердиться Светлый.

Прелестница в летнем платье невинно захлопала густыми длинными ресницами.

– Я же объяснила! Спасаю ее от незавидной участи!

– А откуда вы узнали, какова ее участь? – полюбопытствовал Ленька.

– Да как же?! – озадачилась Арина. – Известно! Чай, в одном государстве обитаем! Срок подходит, Ингерманландец оголодал, скоро дань свою потребует. А в Симбирской губернии завсегда девицы чистотой своею славились…

– Постойте, сударыня! Вот эти все слова – срок, оголодал, дань, – к чему вы их произнесли? Али простуда уже сказывается? Залихорадило вас, может быть? Бред начался?

Глаза Арины Александровны сузились, а потом перевела она их куда-то за спину Леньке. Он обернулся и увидел стоящего в окне Гиацинтова.

– А ты даже не сказал ему, старый прохвост? – в голос крикнула ведьма. – Что ж так?

– Все он мне сказал, – успокоил ее Ленька, сильнее сжимая кулак и оглаживая большим пальцем перстень с защитой. – Только вам о том знать не следовало бы. Откуда же знаете?

– Не первый год на свете живу! – насмешливо ответила Арина.

– А может, и не первую сотню лет, а? – подмигнул ей Ленька. – Знаю, знаю, слыхивал: для продления своей молодости и красоты используют ведьмы кровь девственниц. – Он внезапно, разом подался к ней всем туловищем и с угрозой проговорил: – Для этого вам Аннэт понадобилась? Для этого? Говорите!

Угроза, может, и не произвела на Темную впечатления, зато смысл сказанного позабавил.