– Понимаешь, – улыбнулась я, – мало кто из сотрудников МВД может позволить себе обливаться одеколоном от Крид стоимостью в двести баксов и носить часы, продав которые можно приобрести новенькую иномарку. Честный мент просто не имеет таких средств, а так называемый оборотень побоится демонстрировать свое благополучие. К тому же я знаю, что ты обедаешь в этом заведении. Но к чему сей маскарад?

Макс опять нацепил фуражку.

– Я женился.

– В десятый раз?

– В одиннадцатый.

Надо же! Значит, одна супруга ускользнула от моего внимания.

– На актрисе?

– Ты знаешь Соню? – удивился Макс.

– Нет, конечно.

– А откуда тогда ты в курсе, что она работает в театре?

Я постаралась скрыть ухмылку. Да потому, что все женушки Макса, кроме меня, либо уже имели на руках дипломы актрис, либо обучались искусству лицедейства. Других женщин для Полянского просто не существовало. Причем Макса всегда тянуло лишь к одному типу – истеричной стервы с непомерным финансовым аппетитом. Для всякого мужчины существует свой магнит, и когда я поняла, что привлекает в женщинах Полянского, то даже испугалась. Неужели и во мне есть корысть? Но потом успокоилась.

Я оказалась одной из первых в плеяде жен Полянского, и тогда он не был феерически богат и не владел собственным бизнесом. Разбежавшись в разные стороны, мы сохранили дружеские отношения, часто встречаемся в публичных местах, и однажды я избавила Макса от очень большой беды [6].

– Сейчас я вложился в фильм, где Соня выступает в роли главной героини, – пояснил Макс, – она меня подбила сыграть в эпизоде мента, честного до противности. Очень увлекательно. Я поехал домой со съемок в форме и теперь прикалываюсь над всеми встреченными знакомыми.

Никто, кроме тебя, меня не узнал! Колька Мягков даже чуть не набил мне морду, когда понял, что милиционер не подлинный.

– Мягков бывший уголовник, – покачала я головой, – сам знаешь, у него то ли три, то ли четыре ходки, он тебя мог и вилкой за подобную шутку проткнуть. Ладно, извини, нам пора. Аллочка, поехали.

С этими словами я обернулась и увидела пустые стулья. На столе стояла креманка с недоеденным Аллой десертом.

Забыв про Макса, я рванулась к метрдотелю.

– Не видели, куда отправилась моя спутница?

В душе я надеялась услышать, что она в туалете, но администратор спокойно сказал:

– Она ушла.

– На улицу?

– Да.

Так, все понятно. Решив подыграть Максу, я выпалила идиотскую фразу про героин. Аллочка же приняла розыгрыш за правду и в ужасе умчалась. Угораздило же Полянского именно сегодня заявиться в клуб в форме стража порядка! И сама я хороша! Ну за каким чертом стала так шутить?

Казня себя, я села в «Пежо» и попыталась соединиться с девочкой по телефону. «Абонент включил режим запрета входящих звонков, перезвоните позже».