- Ага, - кивают мальчишки. – Но ты добрее. И роднее, - как по команде, растягивают губы."

"- Видимо, не настолько родная, если вторую маму себе нашли... - лепечу еле слышно. Материнская ревность разгорается где-то в солнечном сплетении. Мои! Только мне они нужны.

Трель звонка заставляет меня поморщиться. Со двора доносятся автомобильные сигналы, переговоры на повышенных тонах, но слов не различить, и какой-то шум.

Мальчики без спроса вскакивают из-за стола и бегут к окну. Открываю рот, чтобы отчитать их за непослушание, но детские голоса звучат так громко, что посуда звенит.

- Ого! Папа Мороз приехал, - визжит Коля, прижимаясь щекой к стеклу. – На Льва ругается.

- Папа Мог'оз, - мчится к подоконнику Митя и подтягивается, чтобы выглянуть на улицу.

- Нам собираться? – поворачиваются ко мне оба. И сияют так, что ослепнуть можно.

На ватных ногах подплываю ближе. Прижимаю руку к груди и, затаив дыхание, впиваюсь взглядом в окно. Легкие превращаются в камень, мешая сделать вдох, а сердце бешено гоняет кровь по венам, воспламеняя меня изнутри.

В голове на повторе крутится один и тот же вопрос: «Как и зачем ОН нашел нас?»

Растерянно смотрю через покрытое снежными узорами стекло на улицу, и теряю мальчиков из поля зрения. Вздрагиваю, прихожу в себя только, когда слышу хлопок входной двери.

- Стойте! – встрепенувшись, мчусь следом.

Не успеваю даже пальто накинуть – так и выскакиваю на крыльцо в платье и домашних тапках. Ежусь от пронизывающего до костей мороза, морщусь от порывов ветра, что лупят по лицу, и обхватываю себя руками. Преодолеваю несколько ступенек – и утопаю ступнями в снегу. Тропинки чистят каждый час, но снегопад не прекращается. Вот и сейчас валит огромными хлопьями, прилипает к волосам, касается лица и сползает водой по щекам. Будто слезы.

Как же холодно.

Но мальчики тоже выскочили во двор без верхней одежды. И я безумно переживаю, что они простудятся. Насколько могу, ускоряю шаг, и пробираюсь к воротам.

Коля и Митя оказываются гораздо проворнее. Огибают Льва, что стоит, будто огромный шкаф с антресолями, и заслоняет обзор. Громила достает телефон и набирает какой-то номер.

Обхожу его сбоку и заглядываю, что происходит. Мальчики буквально бросаются на Ника. Он приседает сразу же и, игнорируя короткие рычащие угрозы охранника, обнимает их.

- Папа Мороз, заберешь нас? – говорят таким тоном, будто не спрашивают, а умоляют.

Сердце болезненно щемит. И тут же льдом обрастает. Делаю еще шаг к ним.

Я тоже хочу вернуться. Так сильно, что впиваюсь пальцами в плечи. Но Ник обманул нас всех. И, если верить Солнцеву, хотел использовать в своих целях.

Если верить…

- Вы чего неодетые? А ну марш в дом! Греться и чай горячий пить, - нехотя отстраняет их от себя Ник. И принимает суровое выражение лица.