Указывает рукой на «скатерть-самобранку», и я едва сдерживаю облегченный вздох: не нужно самой накрывать. Дана, словно мысли мои разгадав, подмигивает мне и, хихикнув, присоединяется к Алексу и остальным.

- Знаешь, мне нравятся твои друзья, хоть и суетливые чересчур, - выношу вердикт я.

- Летом с ними к Мейерам поедем. На море, - чмокает меня в шею Ник, распространяя миллион иголочек по коже. – И ты их всех вообще полюбишь.

- Не больше, чем тебя, - заигрываю я, на носочки становлюсь, чтобы дотянуться до его щеки и коснуться губами. Но у Ника на меня свои планы. Он обхватывает мой подбородок, приподнимая и фиксируя, и запечатывает рот поцелуем. Мир вокруг будто замораживается на мгновение. Есть только мы вдвоем, безгранично влюбленные. С каждым днем, проведенным вместе, связь лишь крепнет.

- И не надо, - выдыхает Ник шумно. – Любимая моя девочка, - целует еще раз.

- Мама Яра привет передавала, - возвращаются в гостиную Коля и Митя. – Та блин, вы опять? – кривятся оба, заметив наши нежности. Ревность под возмущениями прячут.

Однако Ник давно раскусил их. Отпустив меня, он подлетает к сыновьям, сгребает их в охапку – и зацеловывает.

- Фу-у, па-ап, ну прекрати-и, - вырываются оба, но хохочут при этом. – Здесь же гости. Какой ты несерьезный, пап, - отчитывают Ника его же фразой.

Вместе со всеми садимся за стол, наполняем бокалы и дожидаемся выступления президента. В слова не вникаем – слишком заняты своей компанией. Но и традицию не нарушаем.

Пять минут пролетают, как один миг – и вот уже раздается бой курантов.

- С Новым счастьем! – звучат поздравления.

Посматриваю на Ника и моих мальчиков. Кошусь в сторону детской, где сопят крошки-двойняшки. И соглашаюсь.

Счастье у нас новое. И настоящее.

- Ва-ай! – вскрик матери прорезается сквозь звон бокалов. И все присутствующие мгновенно устремляют на нее испуганные взгляды. - Горошек в оливье забыли добавить! – всплеснув руками, показывает на блюдо с салатом.

Переглядываемся – и срываемся в искренний, по-детски радостный смех. Пусть нашей главной проблемой так и остается забытый горошек, а серьезные беды обходят нас стороной.

Конец"