Усмехнувшись, Мария добавила:

– Без команды не начинать. Когда услышите сигнал «марш», тяните изо всех сил. И будет вам счастье, малыши.

– Садись, – велел Сергей, и Жорж послушно плюхнулся на липкое бревно. Скривился, елозя ягодицами по клейкой массе.

Малышев взял другой конец цепи, прикрепленной к спине корсета, и защелкнул карабин на тросе над головой Жоржа.

– Это чтобы ты с дороги не свалился, – пояснил Сергей, дружески подмигивая парню. Жорж глупо улыбнулся. Успокоительное уже начало действовать, растекаясь по телу расслабляюще-вязким сиропом.

«Я просто съеду вниз, – как в тумане подумал он, вновь облизнув сухие губы.

 – Ну, может, немного жопу поцарапаю…»

– …жаль, что у тебя водительского удостоверения нет, но на этой трассе гаишников не бывает, – деловито говорил Сергей, и Жорж машинально кивнул. Искаженно-плавающий голос психа в военных штанах доносился словно с другой планеты.

– …держи руль крепко, – «инструктировал» Сергей. – Сам видишь, дорога скользкая. Твои булки может занести, и ты потеряешь управление.

Достав из рюкзака диктофон, он нажал на воспроизведение, и тот закряхтел, с хрипом выплевывая из крошечного динамика:

«В саркофаге умереть мне дай,В мире бренном здесь один приют!Кровь за кровь – безбожный рай,Содом платит нам!.

.»– «Коррозия металла» рулит, – заметил Малышев. – Это тебе не какое-то собачье дерьмо… Вроде вашей кислотной туфты, под которую вы на дискотеках трясетесь! Так что в дороге тебе не придется скучать.

Он отошел на пару метров, с удовлетворением глядя на Жоржа. С идиотским выражением лица, совершенно голый, в строительной каске на голове и рулем от детского велосипеда, он напоминал умалишенного, каким-то чудом сбежавшего из дурдома.

– Просто офигенно, – цокнул языком Сергей. – «Ангелы ада» наложили бы в штаны от страха, увидев тебя на дороге…

«Гремя подземным раскатом, слуги ада спешат…В ночь на колесах смерти… Моторокер-отряд!» –продолжал надрываться Боров[4].

– Скажи «А-а-а», – приказал Малышев, и Жорж, не раздумывая, разинул рот. Сергей протиснул диктофон между его зубов, после чего ловко замотал голову пленника скотчем, через каску и подбородок, отчего записывающее устройство было крепко зажато его челюстями.

«…оседлай железного коня,В колеснице призрак зверя ждет!Разорви на части, жги меня!Вспышка света, взрыв…» –продолжал хрипеть диктофон.

Малышев вынул из штанов плоскую фляжку, тускло блеснувшую хромом.

– Хлебнешь, байкер? – спросил он, делая глоток. – Ты кивни, если не против, я тебе волью между зубов.

Жорж сонно покачал головой. Стоящие перед ним фигуры расплывались, словно вибрирующие в воздухе призрачные тени.

– Ну как хочешь. Когда доедешь до финиша, никуда не уходи, – напоследок сказал Сергей.