На сексуальных извращенцев вешалась табличка FUCK, что расшифровывалось как For Unlawful Carnal Knowledge. В переводе это означает «за незаконное познание плоти». Так-то.

Он придвинулся ближе к Тамаре и, прежде чем девушка успела о чем-то подумать, молниеносно схватил ее за правую руку. Она вскрикнула, пытаясь высвободиться, но крепкие пальцы мужчины сжимали ее хрупкую кисть, словно клещами.

– Знаешь, что во всем этом забавное? – зашептал Сергей, приближая объятую паникой девушку к себе. – Во всем, что сейчас происходит, виновата ты, глупая киска. Ад для вас начался с той самой секунды, как ты швырнула мне песок в глаза.

Если бы ты сидела смирно, я вызвал бы сотрудников ДПС.

Он ткнул пальцем в Жоржа.

– У этого обкуренного мудака, скорее всего, изъяли бы права. Вас бы отвезли в участок, «продули» бы на алкоголь и так далее. Вы, конечно же, позвонили бы кому-то из своих родных, и, вероятно, максимум через час вас бы отпустили. И все, вы поехали бы дальше по своим важным делам. Вам ведь не впервой с этими неприятностями сталкиваться? Но нет. Захотелось стать героями?

– Пожалуйста, отпустите, – всхлипнула Тамара, и Малышев усмехнулся.

Вытащив из наколенного кармана кусачки, он, больно вывернув руку девушки… с коротким хрустом «перекусил» ее средний палец.

Обезумев от захлестнувшей боли, Тамара зашлась в пронзительном визге. Ее трясущаяся рука мгновенно окрасилась кровью, глаза вылезли из орбит, словно вот-вот готовые выплеснуться наружу под чудовищным внутричерепным давлением.

– Заткнись, – презрительно бросил Малышев. Он подбросил палец в воздух, ловко поймав его на лету, как монетку. – Люди теряют ноги-руки, а ты из-за какого-то пальчика вой подняла.

Я видел десятилетнюю девочку, которой осколком срезало пол-лица. У нее болталась щека с носом. Но она ползала по дороге, словно ничего не случилось, и звала маму.

– Нет. Нет, нет, – мотала головой Тамара, с ошеломленным неверием глядя на кровоточащий огрызок вместо пальца. – Зачем вы… зачем вы это сделали?!

– Потому что мне так захотелось, киска, – спокойно сказал Сергей. – Снимай трусы.

Пленница таращилась на него, как на инопланетянина.

– Ты оглохла? Снимай трусы, или я оторву тебе руку! – прикрикнул Малышев, и Тамара, тихо плача, принялась стаскивать трусики.

– Задери платье и наклонись, – приказал он.

Слезы брызнули из глаз девушки с удвоенной силой.

– Что… что вы хотите? – пролепетала она, видя, как мужчина обходит ее сзади.

– Хочу вставить твой пальчик туда, где ему самое место, – пояснил Сергей. Он задвинул окровавленный палец в анус девушки, но та неожиданно пукнула, и он выскользнул наружу.

– Клево, – развеселился Малышев, без тени смущения подбирая его с земли.