Она видела, как ты ввалился после трехдневного отсутствия, и от тебя несло кровью и дымом… Только полный дебил не поймет, что ты не тот, за кого себя выдаешь.

Малышев был настолько ошарашен, что не верил собственным ушам.

– Значит, тебя никто не избивал? Ты соврал мне про то, как шпана из подворотни настучала тебе по щам?!

Артур кивнул.

– Это не гопники, а наша мама. Я сам не ожидал, что она окажет такое сопротивление, – сказал он с досадой. – Когда я сунулся в дом в гриме клоуна, она от неожиданности наделала лужу в коридоре.

Но потом узнала меня. И когда поняла, что я пришел ее убивать, зарядила мне по башке вазой. Еще чуток, и мамуля проломила бы череп. Хорошо, я успел увернуться.

– Ты засунул в нее бейсбольную биту? – прошептал Малышев. – Отрезал ей голову? А потом разыгрывал меня, падая в обморок? Ты… убил собственную мать?!

– Я старался, – хихикнул Артур. – А что, вроде натурально вышло. Может, мне стоило поступить в театральный вуз?

Сергей тряхнул головой, как собака, вылезшая из воды. Казалось, он никак не мог прийти в себя после шокирующих признаний сына.

– Ты убил свою мать, – как робот, повторил он.

– Па, успокойся, – мягко произнес Артур. – Это длилось всего минут десять. В конце концов… Кто из нас гуманней? Ты, который мучил маму на протяжении двадцати лет? Сделал из нее наркозависимое пугало, которое можно трахать по настроению и отвешивать оплеухи? Да она пукнуть без твоего разрешения боялась! Или…"

"– Заткнись! – заорал Малышев.

– …или я? Который, по сути, освободил ее? Теперь наша мама наверняка на небесах!

– Ты целовал ее мертвые губы, мразь ублюдочная, – сквозь зубы зашипел Сергей.

– Я спас твою шкуру, па, – напомнил Артур. Шмыгнув носом, он добавил заговорщическим тоном:

– На самом деле я избавился от мамы не только поэтому. Я ведь хранил руку у нас в холодильнике. Представляешь? Мама давно не готовит, а ты только за водкой туда суешься… Кстати, о водке. Я так понимаю, что ты сегодня решил устроить себе вечер трезвости?

– Ты о чем? – процедил Сергей.

– Я о том, что если бы ты хряпнул стопку из того пузыря, что в морозилке, ты сейчас бы со мной не разговаривал, а валялся бы в отключке.

Но, судя по всему, ты выпил что-то другое. Минералку или газировку, да?

Пока Сергей мысленно переваривал сказанное, Артут с презрительной усмешкой наблюдал за отцом.

– Глядя на тебя, я представляю, как в твоей голове пару дистрофиков пытаются передвинуть шкаф с гантелями, – сказал он. – Тяжко соображать, да?

«Газировка, – скользнула у Малышева мысль.