– Но ведь ты можешь прямо сейчас отправиться к своему начальнику. Уверена, он тебя поймет, вопрос только, как преподнести информацию. А если твой сын еще жив? Судя по записи на фото, что ты мне показывал, его не собираются убивать! Сегодня тебе пришлют руку Артура, а завтра его ногу! И ты будешь спокойно на это смотреть?

– А про свою жену мне тоже следует рассказать? – мрачно усмехнулся Сергей. – Нет уж. Признаю, гаденыш переиграл меня. И даже если он меня достанет, я заберу его с собой.

Позади послышался рокот двигателей, нарастающий с каждой секундой, и вскоре мимо них с оглушительным ревом пронеслось несколько мотоциклистов.

Все как один были облачены в потертые «косухи», на спинах которых пестрели нашивки с изображением оскаленной пасти какого-то гротескного хищника.

– «Северные барсы», – вслух прочитала Мария надпись под мордой животного. – Смотри, сколько доноров поехало…

Она посмотрела на Малышева.

– У меня плохое предчувствие, Сережа.

– Не начинай свое нытье, – хрипло ответил тот. – Я сыт по горло этим дерьмом, копать-хоронить.

– Мне почему-то кажется, что мы с тобой видимся в последний раз, – печально прошептала Мария.

Она торопливо потерла уголки глаз, чтобы Малышев не увидел блеснувшие слезы.

– Не кипешуй, подруга, – сказал Сергей и выдавил из себя кривую улыбку. – Я еще спляшу гопака на могилах наших недругов.

Они снова умолкли. Когда впереди заискрились огоньки железнодорожного вокзала, Сергей включил поворотник и припарковался у обочины.

– Зачем ты остановился? – удивилась Мария.

Сергей открыл бардачок, вынув небольшой прямоугольный пакет.

– Теперь слушай меня внимательно. Здесь билеты до Иркутска, поезд через сорок минут.

У тебя будет новый паспорт, дорогая. Отныне ты не Мария Крещенская, а Мила Шестакова. Я также сделал тебе СНИЛС и диплом о высшем образовании. Среди бумаг найдешь визитку, это мой хороший приятель, в Иркутске он поможет тебе с работой и жильем. Да, там еще немного денег. Думаю, штуки «зеленых» на первое время тебе хватит.

– Сережа, не надо…

– Не перебивай. Будешь там, пока не уляжется шумиха. Три месяца, полгода – не знаю. Обо мне на время забудь, я сам на тебя выйду.

– Мила, – протянула Мария. – Какое-то туповатое имя, не находишь? Как у коровы.

Почему, к примеру, не Груня?

– Перестань.

– Ладно, извини.

Помолчав, Сергей добавил, не глядя на женщину:

– Я все-таки допускаю крайний вариант развития событий. Мы все не вечны, в конце концов. Если все же произойдет непоправимое, у меня к тебе просьба…

– Конечно.

– Ты помнишь, несколько лет назад я держал в «Логове» одну девку? Кажется, ее звали Галей…

– Помню, – сухо отозвалась Мария. – Встречаясь со мной, ты параллельно развлекался с ней. И она вроде даже залетела от тебя, да?

– Да.