— В донжон попасть можно?

— Вход туда завален камнем. Мне показалось, что это специально сделано. Но стены старые, в кладке вот такие щели — могу залезть на верхнюю площадку и сбросить верёвку.

— Так и сделаем. Отдыхай, Дмитрий Иванович, послезавтра съездим туда вместе.

***

Как и обещал, Эмилио Пуччи на третий день повёз нас за покупками.

— Оружейный магазин, светлейший князь? А затем ювелиры?

— Хороший маршрут, только добавьте туда ателье и лавку восточных диковинок.

— О, я знаю, что вам нужно! Думаю, вы будете приятно поражены — иные вещи вы не встретите нигде больше."

"В оружейном магазине я прилично потратился. Десяток “громобоев” про запас для моих мертвецов, шикарный “огнебой” из отличной стали и новый палаш для Кижа. Кроме того, я обнаружил в этой лавке интересный стилет, несколько толще своих собратьев. От него едва заметно тянуло эфиром, будто он побывал в какой-то магической передряге. Но оказалось, что рукоять отнималась от короткой гарды и на свет вытаскивался короткий small wand. Уж не знаю, кому понадобилось прятать деланное орудие внутри клинка, но я не мог пройти мимо. Отличный инструмент будет для Кижа, как раз в его стиле!

Ателье мы посетили больше ради Тани. С неё сняли мерки, и старый портной обещал в течение недели сшить три наряда. Мне тоже заказали два новых камзола — со всеми нашими приключениями одежда слишком быстро приходила в негодность.

Отвезти нас в лавку древностей я просил, скорее, для разнообразия. Ну и купить какие-нибудь забавные сувениры для моих домашних. А следом мы надолго застряли в “лучшей ювелирной мастерской”, как назвал её Пуччи. Впрочем, Таня вовсе не выбирала себе украшения, как могло показаться со стороны. Мы ещё утром договорились — она постарается найти серьги, броши и перстни с камнями особой чистоты. Но не для красоты, как должны были подумать окружающие, а для создания защитных амулетов. Знаки и Печати отлично ложились на драгоценные камешки, а её давно интересовала возможность нанесения особо мелких плетений needle wand’ом.

Пока Таня была занята с ювелиром, мы с Пуччи сидели в специальном месте для ожидающих мужчин и пили кофий. Чтобы скоротать время, я завёл разговор с Эмилио. С нотками иронии в голосе он рассказал историю своей семьи. Прошёлся по родственникам, подтрунивая над ними и насмешливо рисуя каждого. Аристократы, торговцы, дипломаты, союзники знаменитых Медичи, немного авантюристы и путешественники. Эту историю можно было записать в виде многотомного приключенческого романа. Вот только о себе молодой Пуччи не сказал ни слова.

— А вы, Эмилио? — спросил я его. — Неужели у вас, представителя столь славного рода, не найдётся несколько собственных интересных историй?

— Увы, — Пуччи грустно улыбнулся, — я очень скучный член семейства.