— Я очень боялась, что он сделает со мной что-то такое, после чего ты уже никогда не захочешь меня трогать…

— Сонечка… — мучительно стонет Сергей. — Господи, ты что несёшь…

Я чувствую, что машина сбрасывает скорость и тормозит.

Сергей сгребает меня в охапку и утягивает к себе на колени, немного отъезжая от руля на кресле. Я утыкаюсь носом в его шею и дышу, уплывая во что-то очень трепетное и глубокое по ощущениям.

— Запомни, дурочка, — Северов жадно сжимает мои бёдра, вжимая себе в пах, и гладит губами мочку моего уха. — Ни у одного нормального мужика нет ни одной причины брать женщину силой.

Купить, уговорить, напоить, влюбить… Черт, да возможны разные варианты! Но только не сила. И если такое вдруг случается, то женщина имеет ответное право на любой беспредел. Ещё пожёстче того, что натворила ты.

— А как у нас будет с тобой? — шепчу ему в ответ.

Сергей сдавлено рычит и на несколько секунд врезается поцелуем в кожу за моим ушком. Меня протряхивает. Господи, ну почему мне с ним так чувствительно?

— Будет так, как нужно тебе… — он скользит губами по моей скуле к губам. — Осторожно, ласково, вкусно… тогда, когда ты не сможешь отказаться.

Сергей впивается в мой рот поцелуем. И мы, постанывая, скользим языками. Я уже знаю, что он так любит и просто подчиняюсь его вкусу и ритму.

— Соня, открой глаза! — требовательно говорит Северов и отстраняется.

Отрицательно мыча, мотаю головой.

Не хочу. Мне хорошо.

— Соня… — строже.

Открываю.

Сергей перехватывает меня за подбородок.

Я глажу его щетинистые щеки кончиками пальцев. Это приятно.

— Да ты пьяная, малышка, — посмеивается он. — А я гадаю, почему ты такая податливая и горячая.

Но если я, — тон резко меняется на суровый, — ещё хоть раз учую от твоих губ алкоголь, я тебя накажу.

Ощущение тепла покидает, потому что Сергей бескомпромиссно возвращает меня на пассажирское сиденье.

— Да, — обижено поджимаю губы, чувствуя себя отвергнутой, — Я немного пила. Один коктейль. Просто редко бывает и… — видя, как Северов, совершенно не реагируя на мои слова, заводит машину и выезжает с обочины на дорогу, перестаю оправдываться. — Тебе неприятно?

— Я не люблю, когда женщины пьют. Это факт, — жмёт плечами Сергей.

— Но остановил я наши ласки не поэтому.

— А почему? — Спрашиваю эхом.

— Потому что я очень-очень голодный до тебя. И не готов разбираться, где твоё искреннее желание, а где пьяный порыв, о котором ты после пожалеешь. Если мы продолжим играться, то я возьму все, что ты мне предложишь и даже больше. Ну и после того, что произошло… я не уверен, что это не спецэффекты.

— Я поняла… — расстроенно прикусываю губу и отворачиваюсь к окну.

От иррационального чувства обиды на ситуацию, мозг проясняется.