Подходит к постели, садится рядом и укладывает меня к себе на грудь.

Я вцепляюсь в его плечи до белых пальцев. Хрен он меня теперь от себя оттащит!

— Ну все, Соня, все, — он рисует успокаивающие узоры у меня по спине. — Давай заканчивай. Ничего страшного не произошло.

— Прости меня, — шепчу ему в запале. — Я не хотела, чтобы так вышло. Я правда очень сильно люблю тебя. Но оказалось, что это так сложно — делать выбор. Накажи меня, только не уходи…

— Ты сама тут себя уже наказала, — усмехается Сергей и прижимается губами к моей макушке. — Так рыдала, когда я вернулся домой, что я думал плыть по квартире придётся. Впредь, больше не пытайся что-то скрывать от меня, — строго понижает голос. — Иначе — я действительно буду тебя жестко учить и наказывать. Допросы оперов покажутся тебе детским утренником.

— Прости… — умоляюще ломается мой голос. — Я думала, что ты меня не примешь больше… Это страшнее допросов. Даже страшнее чувства, когда на тебя наставляют пистолет…

— Ты не виновата в том, что произошло. Но была в шаге от того, чтобы меня разочаровать своим молчанием. Хорошо, что в итоге сделала правильный выбор.

— Если он правильный, — я поднимаю глаза на Сергея. — Тогда почему все вокруг меня несчастны? Даже Аня…

— То есть, будем разговаривать прямо с утра, — вздыхает Северов. — Ну хорошо…

— Может быть, ты не будешь ее увольнять? — прошу тихо.

— Не-не, — он посмеивается. — Я в это дело не полезу. У них с Алексеем свои счёты. Ну и уволил он ее за дело. Анна не имела права оставлять стажёра, который не несёт материальной ответственности, одного. Ей пойдёт на пользу.

— Я все равно ей позвоню и извинюсь, — качаю головой.

— Это ты сама решай, — жмёт плечами Сергей.

— А Олег? — интересуюсь острожно. — Его посадят?

— Сто процентов, — строго отвечает Северов. — Но снова не потому, что ты о нем рассказала. А потому, что те люди, которым он должен денег, распространяют наркоту. Саид давно их приметил. Олег специально встречается только со студентками из общежития, чтобы двигать товар.

— Что? — Мороз прокатываются по позвоночнику, и я отшатываюсь от Сергея, упираясь в его грудь ладонями. — А Олеся знает?

— Ее вызовут на допрос первого вечером.

— Какой ужас… — я закусываю губу. И внутренне снова начинаю в панике метаться. — Ей же ничего не будет?

— Не будет. Не переживай, — отвечает Сергей. — Ей будет полезно ответить за свой выбор. А тебе пока не нужно с ней общаться. Не нужно вмешиваться.

— Понимаю, — киваю. — Все понимаю. Но…

— Я слышал ваш разговор, Соня… Давай, детка, пора взрослеть.

— Да… — судорожно вздыхаю. — Только… вот мы обе выбрали своих мужчин. Почему я стараюсь ее понять и оправдать? А она даже не хочет меня выслушать?

— Потому что ты-дурочка у меня, — тихо смеётся Сергей.