— Он бы не предал меня, - вдруг прошептала я. Стало больно. Очень больно. Но я убеждала себя: Баграт скажет все, что угодно, лишь бы настроить меня против Майкла. - Я не верю тебе.

Не верю.

Баграт опять пожал плечами.

— Как хочешь. Но я бы на твоем месте не питал глупых надежд. Он не ищет тебя. И ты не вернешься домой. Пока что. Ты останешься здесь, со мной.

А потом он протянул руку и прикоснулся к моей щеке. Провел по коже пальцем, а потом развернулся и ушел.

Я же осталась на кухне. Медленно подошла к столу. Ноги меня совсем не держали. Села на высокий стул и опустила голову на прохладную столешницу,

Я понимала, что в кое-где Баграт был прав. Пока что я не смогу сбежать. У меня нет ни денег, ни документов. Все у Баграта.

И я просто не представляла, как мне выбраться из этого ада. Я услышала, как зашумел двигатель машины, и тут же встала. Подошла к окну и увидела, как черный автомобиль отъезжает от дома. Баграт уехал? И оставил меня одну? Может, стоит попытать еще раз удачу?

Я сразу же понеслась в сторону выхода. Но Баграт не дурак. Или просто уже изучил меня и понял, чего можно ожидать от своей пленницы. Как только я открыла дверь, то передо мной возникла крупная фигура, облаченная в черный костюм.

— Извините, Вам нельзя покидать особняк, пока господин Халитов отсутствует. Пройдите внутрь, пожалуйста. Если вы будете пытаться уйти, то мне придется позвонить хозяину.

Мужчина посмотрел мне в глаза, а потом перевел взгляд на кого-то позади меня.

— Лила, отведи ее в комнату.

Я обернулась и увидела, как ко мне направляется высокая девушка. Ее светлые волосы были собраны в тугую шишечку на затылке. А одета она была в строгое платье горничной.

— Госпожа, пройдемте... - тихо девушка произнесла и взяла меня за локоть. Я тут же дернулась и вырвалась,

— Сама дойду, — буркнула я, направляясь к лестнице, — не маленькая,

Я быстро нашла свою комнату и громко хлопнула дверь, Я была очень зла. И от злости хотелось плакать. Но понимала, что слезами я никак не помогу себе,

Я быстро нашла свою шкатулку, опять прижала к своей груди и стала лихорадочно оглядываться. Так, вроде в комнате не было никаких камер. Либо они были настолько маленькими, не заметны глазу. И все же мне нужно было спрятать шкатулку. Никто не должен к ней прикасаться или пытаться открыть. В ней спрятана моя боль. И с ней я не готова делиться.

Я упала на колени возле постели и запустила руку под кровать. Пространства было немного из-за деревянных перегородок. То, что нужно. Я быстро, словно воришка, который прячет свою добычу, сунула шкатулку под кровать, подталкивая ее ближе к стене.

Убедилась, что ее не видно, и только тогда встала. Одной заботой меньше.

Мне приносили еду прямо в комнату, так что нужды выходить не было. И меня это радовало в какой-то степени.