Я хотел было застонать, но получилось лишь жалкое мяуканье. Арктическая волчица с полуночно-синими глазами с тревогой смотрела на меня:

– Караг, ты можешь идти? Нужно уходить – огонь подбирается всё ближе.

– Что со школьниками? – спросил я.

– Большинство убежали, правда, я не знаю, успели ли они выбраться из зоны смерти, – доложила Тикаани и нежно облизала мне морду. Поцелуи всё-таки приятнее. – Одна девочка отбилась от группы и побежала в другую сторону, но мы её нашли.

А это кто? Поблизости, обхватив себя руками, стояла темнокожая девочка Сунита и смотрела на нас в упор широко распахнутыми от ужаса глазами. А её брату, видимо, удалось убежать. Зато мой брат Марлон был ещё здесь. Он сидел на поваленном дереве, скривившись от боли, и ощупывал опухшую лодыжку. Рядом стояла Тень – снова в человеческом облике – и успокаивала подростков.

Как хорошо, что детям удалось спастись! Теперь наша очередь.

Я попытался подняться. Да меня как будто бульдозер переехал! И с горлом что-то не так. А, понятно, у меня на загривке повисла красная белка и изо всех сил обнимает меня крошечными лапками.

– Караг, я думала, они тебя прикончили! – причитала Холли. – Как тогда, когда меня чуть не убил Гудфэллоу!"

"– Кошки живучие, – смущённо пробормотал я и огляделся. Смертельно бледный, Марлон стоял рядом с Сунитой и с ужасом смотрел на волчицу, пуму, бизона, катарту и лося. Ах да, он же ещё не знает, кто я на самом деле, он же пропустил моё сенсационное разоблачение.

Оборотень-лось всё ещё был здесь и пытался освободиться от пут. Он, наверное, тоже учуял запах дыма и хотел побыстрее убраться отсюда. А лоси очень сильные. Когда он в очередной раз с силой бросился вперёд, верёвка, удерживающая его заднюю ногу, с треском разорвалась. Если бы он не был привязан к дереву за рога, то наверняка от такого толчка ткнулся бы мордой в землю.

– Ну ладно, так и быть, – сказала Холли, разжала объятия и быстро взобралась на сосну, чтобы освободить пленника.

И он умчался не простившись – ну, если не считать прощанием его брошенный через плечо мрачный взгляд. Судя по всему, он явно желал нам всем здесь сдохнуть.

Но наши дела были не так уж плохи.

– Пойду освобожу канюка, пока он не поджарился, – объявила Холли и красной молнией исчезла среди ветвей. – Сейчас вернусь.

Морин поднялась в воздух, чтобы проверить, что с детьми.

– К сожалению, они ещё по эту сторону огненного фронта, – доложила она. – Но если они поторопятся, то успеют вовремя покинуть опасную зону.

Огненный фронт. Густой дым поднимался вверх грязными серо-коричневыми клубами. Пламени пока не было видно, но я знал, что оно уже близко и движется в нашу сторону, пожирая деревья и кустарники. Меня охватила дрожь – от морды до кончика хвоста.