Снятие напряжения

Киара

Недовольное сопение парней могло значить лишь одно: им сильно хочется продолжить, но они просто не рискнут этого сделать. Ведь насколько я уже смогла понять, за эти двое суток правителям удалось совсем неплохо меня узнать. А это значит, что я могу вытворить все, что угодно.

— Да хватит вам сопеть, — хихикнула я. — Лучше покормили бы! Есть хочется неимоверно!

Рагнар привстал с кресла и, оторвав все ту же куриную ножку, которую мне не удалось себе взять из-за тисканий Акселя, положил ее на мою тарелку. Следом туда же отправились копченое мясо и картофель в сметане.

Он еще хотел добавить крыло куропатки, но я его остановила. Это бы в себя запихнуть. Все мои разговоры о том, что я сильно хочу есть — полный обман. Да и ножка куриная мне даром была не нужна. Просто хотела проверить реакцию парней на зелье. И, судя по всему, я и правда немного переборщила с дозировкой. Как бы побочных явлений никаких не вылезло, а то неудобно получится перед старым правителем.

Скосила глаза под стол и увидела больших размеров бугор у Акселя, что говорило лишь об одном: мужская сила вернулась на место. Рагнар даже не нуждался в осмотре.

Его дыхание было настолько частым, что порой даже срывалось на хрип. Нужно было что-то предпринимать, иначе парни сойдут с ума. Вот только, что можно придумать в зале, под завязку забитым оборотнями?

— Ваше величество! — донеслось из-за спины. — Вам плохо?

— Нет! — злобно рыкнул Рагнар, поворачиваясь к лекарю, который с самого начала скромно стоял недалеко от нас, не привлекая к себе внимания.

— Но… — неуверенно начал он.

— Паритос, — произнес Аксель. — Не переживайте. Все нормально. Правда!

Состояние Акселя было чуть лучше, чем у его брата.

Но это лишь потому, что он и выпил меньше, чем Рагнар.

Как ни странно, но, откусив немного курочки, во мне проснулся зверский аппетит. Я с удовольствием отщипывала небольшие кусочки и неспешно поедала нежное мясо. Правители ничего не говорили, лишь моя кожа полыхала от их жарких взглядов. Касаться меня они тоже не спешили. Ну, мало ли, вдруг я и правда выкину что-то невероятное. А ведь я могу!

Возле музыкантов происходило какое-то необычное движение. Кто-то что-то выяснял, и я внимательно вгляделась в многочисленную толпу.

Дария, а это была именно она, о чем-то просила мужчин. Скорее даже требовала, но ей, по всей видимости, отказывали.

— А что, собственно, происходит? — не удержалась я, не понимая, что именно волчице нужно от бедных музыкантов.

— Она хочет спеть! — прошипел Рагнар сквозь зубы."

"— Вот как? — удивилась я. — А не тебе ли будет посвящена эта песня, волчонок? — усмехнулась, сдерживая подкатывающую ярость внутри.

Ответа я не услышала. Не выдержав, встала с кресла и, громко хлопнув в ладоши, стала ждать тишины.