Оно будет жадно выкачивать и поглощать твою энергию, отчего тело скрутит нереальной болью, так как твой организм не захочет отдавать магический резерв. Главное, не потерять сознание и держать себя в руках, потому что если ты отключишься, то твое тело вмиг захлопнет «окно» для передачи магии, и все наши старания будут напрасны.

Кивнул, подтверждая согласие на данные действия со стороны ведьмака, и начал медленно наблюдать за тем, как кончик ножа неспешно скользит по моей коже, оставляя за собой тонкий порез. Боль была легкой. Скорее даже неприятной. Ну уж от пореза выть точно не стану! Тонкие струйки крови потекли к поясу брюк, мгновенно впитываясь в материал.

— Все! — прошептал Тимерон, растворяя магический кинжал в воздухе. — Держись! Только не отключайся!

Сжал зубы и сильнее вцепившись в кресло, сделал глубокий вдох. Тимерон что-то неразборчиво бормотал себе под нос, едва шевеля кончиками пальцев. Несколько секунд ничего не происходило, и я уже подумал, что ничего не вышло, как пентаграмма на груди вспыхнула алым пламенем, выжигая ее еще глубже. Тихий стон сорвался с моих губ, и я напрягся всем телом. Казалось, что плавятся даже кости. Перед глазами стали проноситься картины нашей первой встречи. Наш первый поцелуй и эти невероятные розовые косички. Наша поездка на земли оборотней и ее выходка, от которой я больше суток был неполноценным мужчиной.

— Я не могу! Ты не даешь взять свою силу! — донесся до моего сознания взволнованный голос ведьмака. — Если не позволишь, то либо сгоришь заживо, либо мне придется прервать ритуал! Но повторить его я уже не смогу!

Мысленно отстраняясь от адской боли, представил, как из меня вытекает тонкая струйка магии, которая моментально впитывается в ладони ведьмака. Чувствовал, как из носа начала капать кровь, а глаза наливаются тяжестью. Внутри все жгло, словно меня заживо жарили на сковороде.

— Еще! Аксель, еще! — прохрипел ведьмак, и я усилил магический поток всеми силами держась за ясное сознание.

Когда боль стала совсем невыносимой, а разум постепенно начал угасать, то до моего слуха донесся тихий хлопок и боль начала отступать. Открыл глаза и ужаснулся. По всей комнате были разбросаны листы бумаги и вещи. Мебель местами требовала починки, а на пол вообще лучше не смотреть. Перевел взгляд на Тимерона, и расширил глаза от ужаса. Мужчина едва держался на ногах, опираясь одной рукой о стену и учащенно дыша. Его тело все было в мелких порезах, а на лице под кожей просвечивались черные вены. Жена ведьмака и мой отец, которые в этот момент находились вместе с нами в одной комнате, были белее мела. Они держали друг друга за руки и, скорее всего, пребывали в шоковом состоянии.

— Да, ты силен! — прохрипел ведьмак, пошатываясь и падая на одно колено.