А когда он упал, начал бить его ногами.

Он верещал как свинья, пытался закрывать своё мерзкое ненавистное лицо, но я только распалялся ещё больше. Довольно быстро меня оттащили от него. Но рожу разбил ему знатно.

— Сука, — орал он, — сука! Ты ещё поплатишься на это! Я так этого не оставлю! Ну и семейка! Шлюшка сопливая и братец псих!"

"Он встал, я видел, что он делает это из последних сил. Пошатываясь на ногах, секунду поколебавшись, сел, и зло посмотрел на меня. Посидев так примерно пару минут этот ублюдок неожиданно резко и быстро поднялся, преодолел в два шага разделявшее меня с ним расстояние. Подойдя вплотную спокойно произнёс: ты пожалеешь об этом, ты меня ещё не раз вспомнишь. Я обещаю, что не дам забыть о себе.

И он был прав. Он не дал о себе забыть. И я помнил.

Прошёл месяц, Настя вдруг опять стала весела и счастлива, объясняя нам своё хорошее настроение тем, что она приняла ситуацию и теперь решила жить дальше думая о ребёнке. Я не понимал такого резкого изменения в её поведении, и что с ней происходит, опять списывая на гормоны.

Родители радовались, наблюдая за дочерью. Да и, признаться честно, я тоже радовался за сестру, замечая, что она снова стала рисовать. А для нас это был хороший знак. Она любила рисовать.

— Всё наладиться, — думали я и родители, — приняла свою ситуацию, перестала верить в иллюзии. Оно к лучшему. А ребёнка вырастим сами, раз отец не признаёт его.

Постепенно у Насти подрастал живот. Она отказалась от того, чтобы кто-то из нас пошёл с ней на ультразвуковое исследование, чтобы узнать пол ребёнка.

О том, что она пошла на это обследование узнали по факту. Настя купила маленькие синие пинетки и вручила папе. Он прослезился, узнав, что у него будет внук.

Родители пытались предлагать имена, спрашивали, как Настя назовёт ребёнка, но она всё отнекивалась, повторяя, что когда родит, посмотрит на него, и примет решение. Ну, нет так нет, в конце концов ей пора взрослеть.

Казалось бы, жизнь текла своим чередом, мама предлагала помощь в выборе и покупке Насте вещей для ребёнка, ведь сестра не имела такого опыта. Но сестра не соглашалась, и почему-то, всегда хотела ходить за покупками сама. Говорила, что так проще сосредоточиться,и принять решение. Мол, ну, если одному будет нравиться одно, а другому другое, как же она сможет выбрать?

Но по результату, как оказалось, сестра покупала не очень дорогие вещи, а разницу в деньгах оставляла себе. Об этом я не знал, об этом позже мне рассказал отец.

Её поведение тогда вызывала вопросы у родителей, но, поскольку я очень много работал, и не очень часто бывал у них, мне они не рассказывали, старались разговаривать с Настей сами.