Он сделал изумленно-страшное лицо, но мать осталась невозмутимой и какой-то полусонной.

– Мам, ты что, не врубаешься? Или не слышишь?

– Отчего же, слышу, – обронила та. – Ушкуйники новгородские...

– А знаешь, когда они на свете жили?

– Когда?..

– Лет пятьсот назад! Или даже больше... А раз за ордынца меня приняли, значит, во времена монголотатарского ига. Орду и ордынцев они и потом вспоминали... Пришли и до сих пор в горах бродят. Будто курганы с золотом ищут...

Она выслушала столь неправдоподобную историю, но даже глазом не моргнула.

– И что же, отпустили?

– В том-то и дело, что нет! – с отчаянием проговорил Глеб. – Поп этот и говорит, дескать, раз ты христианин, то должен помочь нам!.. Мол, ты горы и земли по реке Томь хорошо знаешь? Знаю, говорю, весь Кузбасс и всю Горную Шорию до самого Алтая изъездил, еще в юности. А по Томи много раз на катерах ходил... Тогда проводником нашим будешь, говорит, вожатым. Выведи нас из этих гор проклятых, не можем дорогу найти!.. Куда я выведу, если сам не знаю, где нахожусь? Посмотрю кругом, вроде бы на вершине Мустага, но в какую сторону ни пойду, все получается в гору. Должно-то быть наоборот, вниз, с горы! Сам запутался... Ушкуйники не поверили и стали пытать меня, мам. Удавку на шею надевали и душили, потом хотели ухо отрезать... А поп этот железным крестом бил и обещал шкуру спустить...

Он чуть не заплакал и умолк на минуту.

– Как же ты попал к разбойникам? – спросила Софья Ивановна, внешне никак не выдавая жалости.

– Все из-за этого хранителя музея! Он с ними связан, теперь я точно знаю. А то как бы они выследили меня на Кургане?

– Какого хранителя?

– Геологического музея! На Пионерском проспекте!.. Он откуда-то узнал, что я буду ужинать на горе. И натравил их!..

Она не торопила, давая возможность сглотнуть слезы обиды и глубокого разочарования. Он же помолчал, отвернувшись в сторону, и голос его вдруг изменился, стал знакомым, сыновьим.

– Но может, и не хранитель вовсе... А сама Айдора. Хотя мне не верится. Не хочется верить!.. Она такая прекрасная! Чудесная!.. Я таких не встречал.

– Ты про каждую так говорил...

– Мама, это та самая Айдора! Которая вывела меня из Кайбыни. Помнишь, мы в разведку ездили, с батей и Никитой?

– Помню...

– Недавно она во сне приснилась... Я еще звонил и имя спрашивал. Ее зовут Айдора! Она теперь взрослая. – Глеб внезапно вдохновился, и воспаленные глаза засветились в темноте. – Зелье мне подала и велела пить... Такое ощущение, будто отравила. У меня все путается теперь, как во сне...

– Ты что же, опять в эту штольню ездил?"

"– Нет, я на Зеленой был!.. Хранитель меня предупреждал, чтоб я много зелья не пил. Он знал, что будет! И даже намекнул, что зелье это пробуждает память. Откуда, мам?.. Значит, он как-то связан с чудью.