– За что?!

– Вербов – мировая величина среди оценщиков картин, доктор наук, профессор, старый друг Марьи Михайловны. Конечно, Руфина подтвердила покупателям подлинность картин, кстати, из предосторожности и Аркину, и Конкину показывали подлинник, но потом-то всунули лажу.

– Погоди, погоди, – заволновалась я. – Как лажу? Разве у одного из них не подлинник?

– Слушай, – обозлился Куприн, – будешь прерывать меня каждые пять минут – ничего не узнаешь! Да, им всучили подделки, а Вербов успокоил хозяев: нервничать не следует, в их руках настоящий Леонардо. Вообще-то уважаемый Максим Иванович никогда не занимался подобными делами, но тут дрогнул. Внучка замуж выходила, захотелось ей квартирку купить, машину, отправить в заграничное путешествие… Вот и оскоромился.

Наглые девицы знали, что ничем не рискуют. Богатые покупатели всегда обращались для проверки картин к Руфине. Только она занималась этой работой в Третьяковке. Маша советовала: «Вы проверьте полотно».

Человек шел в галерею и… попадал к Руфине. Кроме нее, еще был Вербов, но он никогда не занимался оценкой, и вот всего один раз решил подзаработать, тем более что старая знакомая Руфина успокоила его: «Все будет в порядке».

Сначала все шло по плану. И Аркин, и Конкин были абсолютно уверены, что получат подлинник, существовала единственная задержка – в деньгах. Сразу снять наличкой два миллиона долларов со счета трудно, поэтому денежки попали в руки Говоровой 27 октября. И тут для Марьи Михайловны и Маши разом кончилось везение.

Все дела с покупателями имела Говорова, хитрая старуха оставалась «за кадром». 25 октября Маша позвонила покупателям и категорично заявила:

– Если не берете картину, так и скажите, найдем другого покупателя, такого, который сразу расплатится.

И Аркин, и Конкин, понимая, что подобный раритет за смехотворную сумму в два миллиона долларов попадает в руки не каждый день, мигом обещают одно и то же.

– Второго ноября деньги точно будут у вас.

Словно сговорившись, они называют одно число. Марья Михайловна, страшно довольная, облегченно вздыхает и 26 октября отправляется в Питер на свадьбу дочери своей подруги.

Но уже 27-го числа утром Конкин звонит Говоровой и сообщает:

– Все о'кей, встречаемся в полдень.

А затем, будто нарочно, следует известие от Аркина.

– Жду в 13 дня для окончательного расчета."

"Растерявшаяся Машенька становится к двум часам обладательницей огромной суммы. Испугавшись при виде такой кучи денег, уложенной в две совершенно неподъемные сумки «Самсонит», Говорова мчится к Федуловой. Она знает, что у той дома имеется сейф. Но безумное количество пачек не может влезть в довольно маленькое хранилище, и Лена укладывает миллионы в тайник, о котором не знает никто, кроме Павла.