К моему удивлению, он отпускает меня, позволяя себе упасть на задницу рядом со мной. Исчезновение его давящего тела возвращает мне нормальный ход мыслей. Почти.

В этот момент я понимаю, что забрел в близлежащий парк, мимо которого обычно пробегаю во время своих пробежек.

Ранний утренний свет проникает между огромными вековыми деревьями и падает на лицо Николая.

И тут происходит нечто любопытное.

Под мягким желтым светом, целующим его щеку и правый глаз, голубой цвет светлеет до леденящей бирюзы, обнажая крошечные вкрапления серого в радужке.

Голубое на сером.

Потрясающе.

— Что бы ни залезло тебе в задницу, лучше бы ему на хрен вылезти, — рявкнул он, и весь его юмор пропал. — Еще раз назовешь меня отвратительным, и я пришибу тебя к ближайшему дереву, а потом подвешу за яйца, чтобы все видели, кто на самом деле отвратительный. Понял?

Я выхожу из мгновенного оцепенения, понимая, что, несмотря на отсутствие его веса, продолжаю лежать на животе.

Вскочив на ноги, я пытаюсь выровнять дыхание, глядя на него сверху вниз.

— Не трогай меня больше, и я не буду тебя так называть. На самом деле, я не буду называть тебя никак, потому что предпочту больше никогда с тобой не разговаривать.

— Почему? — его ухмылка вернулась так же быстро, как и исчезла, и он неторопливо встает, словно большой кот, выползающий из своей пещеры после сна. — Боишься, что я тебе понравлюсь?

Я одариваю его своей самой фальшивой улыбкой.

— Шансы этого равны нулю. Тебе повезет в следующей жизни, малыш.

— Бла-бла-бла. Зачем ждать, если у меня есть эта жизнь? — он хмурится. — И еще, почему ты улыбаешься как гад?

Моя улыбка сходит на нет, и я выхватываю свои AirPods из его хватки.

— Перестань преследовать меня. Я серьезно. Меня твои намеки не интересуют.

Он широко улыбается, как безумный маньяк под наркотиками. Может, он и правда под кайфом.

— А откуда ты знаешь, на что я намекаю?

— Ты не очень-то и деликатничал. Ответ — нет.

— Я могу справиться и с «нет».

— Ты зря тратишь время. Я натурал.

— Ты говоришь мне это уже в третий раз. Кто-то пытается доказать свою точку зрения, — он хлопает меня по плечу. — Но только если это позволяет тебе спать по ночам, цветок лотоса.

он снова начинает проникать в мое пространство, его запах — бергамот и мята — заполняет мои ноздри и затуманивает чувства.

Снова твою мать.

Я резко отталкиваю его и перехожу на самый быстрый бег за всю мою историю бега. Я преодолеваю расстояние до особняка в мгновение ока.

Забудьте о моем расписание. Мне нужно защитить нечто гораздо более важное.

Мое здравомыслие.

Глава 5

Николай

В последнее время я начал заниматься бегом.

Под словом «в последнее время» я подразумеваю, что это уже третий день.