Я бы хотел легко говорить о своих предпочтениях, не подвергаясь осуждению за это.

— Мы бы никогда не осудили тебя, дорогой.

— Вы бы не осудили, но общество осудило бы, мам. Общество сравнило бы меня с моим братом-близнецом — богом секса, и навесило бы на меня ярлык дефектного. Они и без того так думают в своих кругах. Я не хотел добавлять к этому еще и свою асексуальность."

"— Общество может пойти в задницу, — говорит папа. — Главное — это ты. Пока тебе комфортно в своей шкуре, все остальные могут закрыть свои поганые рты. Если они что-то скажут, я затаскаю их по судам так, что они пожалеют, что перешли тебе дорогу.

Я слегка улыбаюсь.

— Спасибо, папа.

— Неужели… что-то изменилось? — с надеждой спрашивает мама.

— Почему ты так думаешь?

— Ты часто смотришь на свой телефон, и на твоем лице появляется тоскливое выражение.

— Правда?

Они оба кивают, и я вздрагиваю. Не думал, что я настолько очевиден.

— Ты нашел кого-то, кто тебя понимает? — спрашивает папа.

— Ты не будешь слишком шокирован, если я скажу, что это мужчина?

Мамины губы дрогнули в ухмылке.

— Я так и знала.

— Я тоже, — говорит папа.

— Что? — я смотрю на них, как на инопланетян.

— Ну, милый. Твоей первой любовью был парень.

— Что?

— Мой сводный брат, Джейден.

— Джей?

— Ты назвал его принцем и сказал: «Мама, он такой красивый», когда впервые встретил его. Сколько тебе было? Пять? Лэн забавлялся, наблюдая, как девочки дерутся за него, а ты был весь в Джее. Это продолжалось недолго, и в конце концов вы стали друзьями, но я определенно видела притяжение в твоих маленьких глазках.

Точно. Я помню, что считал его очень красивым. Но потом наступило половое созревание, и я никогда не думал о нем в этом смысле.

За одним проклятым исключением.

— Потом, — продолжает мама. — Тебе больше нравились девушки, и я подумала, что, возможно, ты би, но я не хотела поднимать эту тему, пока ты сам мне не скажешь. Я рада, что ты почувствовал себя достаточно комфортно, чтобы рассказать нам.

Я улыбаюсь ей, чувствуя себя немного глупо из-за того, что так бессмысленно беспокоился об этом. Затем я наклоняю голову в сторону отца, который был ужасно молчалив.

Его лицо не читаемо, похоже, он борется со своими демонами.

— Пап? Ты… не против?

— Твоей ориентации? Естественно нет. А вот с этим парнем я пока не уверен. Как его зовут? Возраст? Имена родителей?

— Э-э… так… помнишь Киллиана?

Его губы приоткрылись.

— Пожалуйста, только не говори мне, что ты с парнем своей сестры. Бывшим парнем?

— Что? Нет. Конечно, нет, папа.

— Фу, Леви, — мама шлепает его по руке.

— Ладно, ладно, — он делает вдох. — Хуже быть не может.

— Он его кузен.

— О, черт возьми, — лицо отца буквально бледнеет, и мне даже жаль его.