– Ты ничего такого не приметил, покуда народ отдыхал? – поинтересовался Петренко.

– Ничего. Тихо вокруг было. Птицы разок в сотне метров дружно крыльями задробили. А так спокойно. Ни души.

– В сторону лагеря не поглядывал?

– Ну, так… иногда. Сон всех сморил – чего заря пялиться? А что случилось-то?

– Ничего. Иди, готовься к выходу. Стоявшим в дозоре разрешается занять место в середине…

Пожав плечами, Гафаров отошел. А старшина внезапно замолк, будто в его голове промелькнула важная догадка. Да такая, что глаза округлились. Придвинувшись к Василькову, он тихо зашептал:

– Слушай, командир, а я ведь, когда замыкал опосля поляны, пару раз кое-что слышал.

Александр невольно скользнул взглядом по густому кустарнику:

– Что ты слышал?

– Ветка, что ли, сухая хрустела за спиной. И еще шорох – будто кто-то поддел ногой пласт прошлогодней листвы.

– Почему сразу не доложил? – насупил брови Васильков.

– Так я подумал: чего наводить тень на плетень? Уставший я шибко был – может, показалось.

– Полагаешь, кто-то следил?

– Ну, ежели вещь из торбы пропала, стало быть, и такую страсть предположить можно.

«Час от часу не легче, – поморщился Сашка. Последнее предположение Петренко совсем уж не укладывалось в голове. – Какому чудаку понадобится вести наблюдение и скрытно преследовать группу разведчиков ради какой-то несчастной бронзовой спичечницы?»

Если бы по пятам шли егеря элитной дивизии вермахта, чтобы захватить кого-то живьем, а остальных уничтожить, то все стало бы на свои места. А тут спичечница!

– Может, она не бронзовая была, а золотая? – отвлек его от раздумий старшина. – Как думаешь, командир?..

– Я уж и не знаю, что думать, – отмахнулся Васильков и стал быстро собирать вещи.

 – Хватит об этом. Посчитаем, что я ее потерял. Назначь дозор и выходим…

* * *Москва; июль 1945 года"

"Домой Александр возвращался в девять вечера совершенно разбитый. Отдохнуть сыщикам Старцева за прошедшую неделю не довелось, а за последние сутки они и вовсе не спали ни минуты. Медленно поднимаясь по ступеням лестницы, он попытался припомнить, когда так же уставал и не высыпался.

– Наверное, под Берлином в районе городка Фюрстенвальде. Мы тогда вскрывали с мужиками линию немецкой обороны.

Жуткая была неделя… – пробормотал он и усмехнулся. – А я по простоте душевной думал, что после победы буду по-человечески высыпаться…

Молодая супруга Валентина сегодня подменяла дежурного врача и должна была возвратиться еще позже. Войдя в коммунальную квартиру, Александр прошел коридором до своей комнаты, полученной от Управления МУРа сразу после свадьбы с Валентиной. Комната была небольшой, но уютной; в ней имелся даже балкон, выходящий на улицу с зеленым бульваром.