И жив ли он вообще…

Опытный и рассудительный Егоров, как всегда, был прав. Он лишь подвел итог изучения данных из архива МУРа, высказал то, о чем думали все остальные.

В большом кабинете стало тихо, лишь в открытые окна врывались звуки с улицы. Старцев слез с подоконника, взял трость. Прихрамывая, прошелся вдоль рабочих столов. Он опять был сильно расстроен – это читалось и по выражению лица, и по долгому напряженному молчанию, и даже по походке. После ранения Иван почти излечился, но если сильно переживал и волновался, то снова начинал хромать.

Наблюдая за другом, Васильков некоторое время сдерживался.

Потом отодвинул банку с тлевшей папиросой и сказал:

– Ваня, я с самого утра хочу рассказать одну историю.

Тот любил и уважал боевого товарища, дорожил дружбой с ним, но сейчас одарил его странным взглядом. «Саня, давай повременим с историями», – читалось в его печальных гла– зах.

Васильков развел руками:

– Но эта история о такой же вещице.

– О какой вещице? – не понял Старцев.

– О бронзовой. Ну… нападавший на Зиновьева выронил зеркальце в бронзовой оправе. А я однажды на фронте видел изумительной работы бронзовую спичечницу.

Тоже, как ты выразился, «резную, с гравировкой и завитуш– ками».

– Мало ли на свете таких штуковин, – пожал плечами Старцев. Но, подумав, все же подошел к столу Василькова, приставил сбоку стул, оседлал его и выдохнул: – Рассказывай. Все одно на месте топчемся – вдруг что-то дельное проско– чит…

* * *Польша; август 1944 года

Начштаба дивизии полковник Хроменков ставил задачу быстро, впопыхах. Сам прикатил на «Виллисе» вместе с начальником оперативного отдела в расположение дивизионной разведки, сам отыскал землянку Василькова и сам показал расклад на собственной карте.

Потом отдал ее командиру разведчиков, чтобы тот не тратил время на подготовку.

– Живее, братцы, живее, – не подгонял, а уговаривал он. – Уходят немцы с позиций. Не драпают, как хотелось бы, а аккуратно снимаются, чтобы, значит, обосноваться на новом месте. Надо бы узнать, где у них эти новые места…

Задача не представлялась слишком сложной. Такие задачи за несколько лет службы в разведке Василькову доводилось выполнять не единожды. Переправившись в темное время суток на западный берег Вислы, группа должна была разыскать в прилегавших к реке лесах полевой штаб немецкой пехотной дивизии и попытаться захватить секретную документацию.

– Ну а ежели вдобавок к документам приволокете с собой офицера – лично подпишу представления на ордена, – пообещал Хроменков и пожал на прощание каждому руку."

"Отобрав двенадцать человек, Васильков дождался полуночи и без приключений переправился с группой на другой берег. Противник отступал, но пока еще контролировал эту территорию.