На пристань выкатывается тяжелая, усиленная железными пластинами, баллиста. Её за массивные цепи тянут два человека. Вернее то, что раньше было людьми. Две горы мяса высотой в полтора человеческих роста. Закованные в броню с ног до головы. На их грязных серых накидках виднеется объятый пламенем меч. Скрип досок. Корабль отчаливает и начинает быстро набирать ход. Ветер воет. Рвёт паруса. Со стороны причалов слышится резкий окрик. Один из гигантов хватает тяжеленный молот и с грохотом опускает его на спусковой механизм баллисты. Тьма.

— Эй… Эй, проснись, — кто-то осторожно потряс меня да плечо.

— Давай, поднимайся потихоньку, соня, — меня снова осторожно потрясли за плечо. Я открыл глаза. И тут же увидел водопад светло-каштановых вьющихся волос, тут же качнувшихся куда-то в сторону. Девушка отошла на пару шагов назад и присела на табурет, стоявший возле прикроватной тумбочки. Закинула ногу на ногу. Она выглядела заметно посвежевшей. Всё-таки хороший отдых, цирюльник и баня, на наше счастье, входившая в комплекс постоялого двора, пошли ей на пользу.

— Ты ворочался и разговаривал во сне. Опять кошмары? — участливо поинтересовалась Айлин.

— Да нет, просто снилась какая-то хрень, — отмахнулся я, приподнимаясь на кровати, — А ты как вообще сюда…

— Отодвинула засов телекинезом, — девушка пожала плечами, — Как ты тогда, в саду. Только тут мне его пришлось представить и двигать наугад. Но тоже, как видишь, сработало.

— Не комната, а проходной двор, — буркнул я, садясь на кровати и вытирая со лба испарину тыльной стороной ладони.

— Ты не рад меня видеть? — в голосе девушки послышались растерянные нотки, которые тут же вплелись в нотки лёгкого раздражения.

— Нет, — я покачал головой, — Извини. Немного не с той ноги встал. Тебя то я как раз видеть рад.

— А что… Были ещё гости? — догадалась она.

— Были.

— Она?

— Она.

Девушка заметно напряглась. Она не двинулась с места, не изменила позу. Но это всё равно ощущалось. В замершем на мне взгляде. В голосе, в котором прорезались металлические нотки. В пальцах, которыми она стиснула угол тумбочки, сама того не заметив.

— И…

— Как зашла, так и вышла.

— Тоесть вы не… — она старалась говорить спокойно, но её голос всё равно умудрился предательски дрогнуть.

— Нет.

— И даже не…

— Нет. Я тебе уже говорил. У меня принципы.

Она молчала. Обдумывала услышанное, сверля меня долгим, изучающим взглядом. Нервно покусывала нижнюю губу. Наконец сказала.

— Пойду-ка я проучу кое-кого.

— Нет.

— Но ведь…

— Нет.

— Почему? — она скрестила руки на груди и с вызовом посмотрела на меня."

"— Потому, что ты умная женщина.