Посмотрел на бледное лицо девушки, по которому кровь уже прочертила четыре тёмно-красные дорожки. Две из носа, а две из уголков глаз. Покосился на рассыпающийся строй орденцев. На перекошенное в отчаянном крике лицо их командира. И заорал сам. Вернее захрипел. На крик уже просто не оставалось сил.

— В сторону. Все в сторону! У нас лишь… один шанс.

Солдат, командовавший обороной посмотрел на нас с Айлин. Секунду помедлил, пытаясь понять, что мы намерены сделать. А затем заорал.

— Расступись! Расступись, живо!

Солдаты подались в стороны. В образовавшуюся брешь тут же бросились твари.

Их кололи с боков копьями, рубили топорами и отстреливали из арбалетов. Но они всё равно продолжали переть. Переть прямо к нам. Колдунья почувствовала откуда исходит угроза.

— Насчёт три… — хрипло бросил я девушке, с трудом удерживая шар. Кожа на моих руках начала покрываться волдырями. На её ладонях уже твёрдой коркой запеклась кровь.

— Я не…

— Целься в ведьму. Два…

Мир перед глазами плыл и качался. Ноги подкашивались. По спине текли струйки холодного пота. Пустота, появившаяся в груди начинала жрать изнутри.

Высасывать жизнь, поглощать те крохи энергии, которые ещё оставались в теле. Губы ощутили солоноватый привкус тёплой крови. Больше медлить было нельзя.

— Три, — с трудом выдавил из себя я, выбросив руку вперёд. Айлин сделала то же самое. Огненная сфера, набухшая до размеров то ли очень большого яблока, рванула вперёд. Связывающие с ней нити лопнули. Кровяные молоточки стукнули в виски в последний раз. А затем пришло облегчение. Облегчение, вместе с волной слабости, прокатившейся по всему телу.

Ноги подогнулись. Тело тяжело опустилось на землю, упершись руками в грубо отёсанные камни брусчатки. Рядом на колени упала Айлин. С кончика носа у девушки капала кровь."

"Шар прошёл насквозь через рвавшихся к нам тварей. Не взорвался, обдав ближайших уродов снопами огненных искр, а просто прожёг в тощих телах дыры и полетел дальше. Несколько существ бросились ему наперерез, но и они не смогли ничего противопоставить. Волна горячего воздуха опалила им шкуры и отшвырнула в стороны. Комета долетела до барьера.

Со всего маху ударилась в него. И рассыпалась на тысячи огненных капель, разлетевшихся по округе. Барьер выдержал…

Почти. Заряд не долетел до колдуньи. Её отшвырнуло назад. На постамент статуи, изображавшей короля. Послышался отчётливый хруст ломаемых костей. Хохот перешёл в хрип, перемежающийся стонами боли. Или спина или рёбра.

Энергия несколько секунд назад бушевавшая над площадью рассеялась. Растворилась в воздухе, мелкой моросью осев на камнях мостовой. Разломы начали закрываться.