— Ох@я моя девочка, — стаскивает с себя толстовку, бросая ее до кучи к мои вещам. Сдергивает вниз мой бюстик, лямки на плечах впиваются в кожу, Демьян, резко поддев их, сбрасывает с рук. Накрывает обе груди шершавыми ладонями, сжимает до легкой боли. Поддается вперед, накрывает сосок губами. Лижет то одну грудь, то другую. Играет с тугими горошинками, которые реагируют на его ласки, прикусывает, всасывает в рот, бьет по ним кончикам языка. Я выгибаюсь, подставляя грудь, трусь о каменную эрекцию животом.

Растущий сгусток наслаждения требует выхода, но Кайсынов не спешит. Целует, опускается на колени, сжимаю бедра, не дает. Подхватывает мою ногу, ставит ступню на плечо, открывая себе доступ к моим гладко выбритым складочкам. Отодвигая ластовицу трусиков танго в сторону, размазывает пальцами скопившуюся влагу. Меня трясет. Хочу почувствовать его в себе, чтобы член мощно с оттяжкой двигался во мне, задевая все эрогенные точки."

"— Розовая сочная киска… — пальцы заменят язык. По мне проходится разряд нереального удовольствия, с губ срывается всхлип, ноги не хотят держать, но раскрытая сильная ладонь на животе не дает съехать по стенке. Вжимая меня в стену рукой, Кайсынов посасывает мой бугорок наслаждения, в котором сейчас оголились все нервные окончания. Царапая зубами, он тут же всасывает клитор в рот, кружит по нему языком. Ему нравится, что я стону до хрипа. Оргазм где-то рядом, но Демон не дает мне кончить, останавливается, как только чувствует предоргазменные судороги. Я зарыдать готова. Хочу помочь себя пальцами, не пускает. Сжимает и отбрасывает их в сторону. В глазах демонский блеск, доволен гад собой.

— Дай мне кончить! — срываюсь и бью его по плечам, другой рукой хватая за волосы, вжимаю в свои складки. Меня всю трясет. Если бы он лизнул там еще раз, я бы разлетелась.

— Только на моем члене, моя девочка, — поднимается на ноги, стаскивает штаны вместе с трусами, оставляя их на щиколотках. Подхватывает меня под ягодицы, царапаю спину о штукатурку, когда он аккурат опускает меня на свой член, стенки влагалища уступает жесткому напору, со стоном впускаю в себя его головку. Резкий толчок и он проникает на всю длину.

— Ох… — закатывает глаза, стон через сжатые зубы. — Твоя дырочка создана для меня. Обхвати меня ногами. После того, как я выполняю просьбу, Демон срывается. Жестко насаживает на себя, словно куклу. Мне все равно, потому что спираль заново закручивается и через десяток глубоких толчков, которые проникают до самой матки и затрагивают там эрогенные точки, я наконец-то себя отпускаю. Кричу, сжимаясь на его члене.

Он ругается, сложно удерживать кончающую девушку на весу.