— Хорошо. Значит, после занятий приезжай домой. Мама же сказала, что ждет тебя и то, что ужин для нас приготовит.

— И как ты себе это представляешь? А если она услышит, о чем мы разговариваем? Да и не могу я этого сделать. Далеко, а у меня нагрузка по учебе страшная.

— Неужели? Такая ужасная нагрузка, что ты даже не можешь приехать и поговорить со мной о проблемах мамы? Или, например, все рассказать по телефону?

— Я предлагаю самый оптимальный вариант. Да и, поверь, так будет лучше. Когда встретимся, я тебе все объясню.

Кларис ещё раз повторила, что будет ждать меня в кафе. После этого разговор был окончен.

Опершись ладонью о кровать, я запрокинула голову и посмотрела на потолок. Насколько же сильное отвращение у меня вызывала Кларис. И я была уверена, что она не просто так предлагала эту встречу. С одной стороны, можно было бы решить, что у меня паранойя. С другой — такое поведение было несвойственно для сестры.

Глава 19. Девушка

Поднимаясь с кровати, я уже собиралась пойти на кухню, чтобы вернуть маме телефон, но, сделав несколько шагов, взглядом случайно зацепилась за одеяло и подушку, которые все ещё лежали на полу.

Вчера ночью, вернувшись из душа, я попыталась умоститься на этом одеяле. В отличие от Этьена, раз так сложилась ситуация, я не видела ничего плохого в том, чтобы поспать на полу. Но, в итоге, даже нормально постелиться не успела, как Дар-Мортер чуть ли не за шкирку утянул меня на кровать.

Сказать, что я была зла, значит, ничего не сказать. И Этьен какого-то чёрта тоже злился, хотя это не я его таскала за шиворот, а он меня. В итоге, мы чуть не поругались. Или всё-таки сделали это. Вообще непонятно, как реагировать на то, что было ночью.

Но, в итоге, спали мы вдвоем. На кровати. Не потому, что я смирилась, а потому, что Дар-Мортер сгреб меня и, как бы я не пыталась, выбраться из-под него не смогла. Ругала его, шипела, приводила логические доводы, почему мне стоит спать на полу. Самый главный — кровать слишком маленькая и мы вдвоем на ней нормально не поместимся. Это не помогло. Я не выдержала и, как последний аргумент — немного расцарапала руку Этьену, затем уставшая, смирилась. Заснула.

Как же с Дар-Мортером тяжело.

Положив телефон на стол, я начала собирать одеяло и подушку. Следовало положить их в шкаф.

Но, стоило мне поднять подушку, как я услышала щелчок. Дверь открылась и, обернувшись, я увидела Этьена. После душа он был одет в домашние штаны темного цвета и практически такую же кофту с длинным рукавом. Смуглая кожа все ещё немного мокрая. Несколько капель скользнуло со скулы на шею.

— Доброе утро, — сказала, поджав губы. Развернувшись, я пошла к шкафу, но когда я открыла дверцу, замерла. Во многом по тому, что ощутила то, что Этьен подошел ко мне. Его огромная тень легла на меня и частично на шкаф.