Ты так забавно уверен в том, что я не перейду черту... Когда я сам в этом не уверен... И прежде чем ты начнешь переть. Запомни. На каждое твое действие я отвечу.

Я тоже завелся. Хотя не надо было. Жить по тарифу ""все позволено"" я могу с тем же успехом.

Артем откинулся обратно на спинку стула.

Я приглушил в себе забурлившее раздражение.

Не здесь. Здесь нельзя позволить ему выплеснуться.

– И к чему же мы придем? – брюнет продолжил разговор снова тем же тоном, каким его начал.

Отстраненным и равнодушным.

– Я предлагаю остановиться на нейтралитете. Борис оставит в покое Алису. Я не буду трогать Бориса. А мы с тобой будем делать вид, что ни тебя, ни меня не существует.

Некоторое время парень, казалось, размышлял над моими словами.

– Не выйдет. Я не люблю делиться. Тем более короной. Жди ответку.

Я лишь пожал плечами. Что он хочет услышать? Или думает, я кинусь драться на него в школе?

Глупо. А я не страдаю от отсутствия интеллекта.

Нужно быть осторожнее. И мать предупредить.

Олеся

В юности все воспринималось легче. Ну, подумаешь, мальчику, который понравился мне, я не понравилась. Ничего, кругом полно других мальчиков. Еще интересней. Ну, подумаешь, Антон, (Саша, Петя) сказал, что больше меня не любит. А я познакомилась с Артуром, который носит мне цветы, говорит, что я самая красивая и зовет гулять.

Сейчас на середине жизненного пути, вдруг столкнувшись с тем, что ты ошиблась с выбором ""раз и навсегда"" больно дышать. Ведь я бы за ним босиком на край света. А он... Он жил по-другому. Вокруг него были все те же Даши, Оли, Нины, которых он хотел. Не меня одну. Не навсегда.

И как теперь верить кому-то?

Может и нет её, любви?

Только лишь секс. Когда тебе делают приятно, а ты делаешь приятно в ответ.

И все они для тебя ничего не значат. Не один, так другой.

Я даже не спросила у Саввы, почему. Теперь мне это не важно. Он просто не тот. Не мой.

Белый снег не спеша падает вниз, а я медленно бреду по набережной. Мне даже не холодно. Или я настолько замерзла от лжи, что уже не обращаю внимание на реальный холод?

Звмираю у ограждения, разглядывая заснеженную реку. Берусь руками за металлическую решетку.

И в следующую секунду подпрыгиваю.

– Ты топиться, что ли, собралась? Так там лед.

Я слишком ушла в себя, поэтому сейчас мне кажется, что сердце лопнет с перепугу.

Я же была здесь одна.

Откуда он взялся?!

– Владислав Сергеевич! Вы в своем уме? Зачем подкрадываться?

– Не так давно я был Владом. Ты бы уже определилась, Олесь.

Пытаюсь справиться с бешено колотящимся сердцем. И сама себе задаю вопрос – а как он тут очутился? Случайно не мог. Его трудно заподозрить в меланхолии. И привычке любоваться падающим снегом.

– Мне не нужно определяться. У меня всё по плану.