Не повторить ошибок многих, когда в погоне за собственным удовольствием перестают обращать внимания на своих родных.

— Нам нужно принимать девочек такими, какие они есть, — добавляет. — Любить их и понимать, что это живые люди. Не проекция твоих или моих желаний и прихотей, а каждая из них отдельный, живой человек. Со своими принципами и характером.

— Согласна с тобой.

Между нами повисает тишина. Мы сидим рядом и молчим, допиваем кофе. Каждый думает о чем-то своем.

— Знаешь, — прерываю молчание. Ставлю пустую кружку в раковину, разворачиваюсь и смотрю прямо на Антона. — А ведь я не жалею о той ночи.

— Потому что теперь у нас с тобой есть дети? — ухмыляется он.

— Нет, — лукаво улыбаюсь. — Потому что именно она перевернула всю мою жизнь.

На лице Антона столько эмоций, что у меня дыхание перехватывает. В уголках глаз появляется соленая влага, шмыгаю носом.

Не выдерживаю, разворачиваюсь, включаю воду и принимаюсь мыть посуду.

— Крис, та ночь перевернула не только твою жизнь, — раздается за моей спиной. — Но и мою. — Чехов подходит ближе. Чувствую тепло его тела, но не подаю вид. — Я с тех пор места себе не находил, едва сдерживал себя, чтобы не появиться рядом с тобой. И, — ухмыляется, — как видишь, не смог сдержать данное твоему брату слово.

— Я очень этому рада, — говорю чистую правду.

— Почему? — спрашивает с печалью в голосе.

— Потому что если бы его сдержал, то меня бы уже не было в живых. И Сонечки тоже.

Глава 40. Крис"

"— Марк, я не могу сейчас все бросить и приехать к тебе, — обращаюсь к бывшему мужу. Он позвонил мне как раз в тот момент, когда мы с девочками собирались забраться на диван и всей семьей посмотреть мультик.

Всей семьей… Такие простые, но вместе с тем важные слова. Главные в моей жизни.

Иметь любящую семью великое счастье! Далеко не каждому оно дается, а если уж есть, то нужно ценить. Что я и делаю.

Все никак не привыкну к мысли, что нашлась моя потерянная дочь. Прошло уже несколько дней, а я все по-прежнему проверяю, не приснилось ли мне это.

Подхожу к Марусе, трогаю ее, обнимаю. Не могу насытиться обществом моей драгоценной девочки. Наслаждаюсь теплом и трепетом, которое возникает в душе рядом с ней.

На удивление, малышка отвечает мне взаимностью. Она начала оттаивать, учиться доверять, и постепенно в девочке раскрываются истинная доброта, наивность и игривость.

Марусенька всего лишь ребенок. Ей нужно играть, веселиться и думать лишь о том, чем бы дальше заняться. Что поесть, где поспать и во сколько куда пойти, должны решать взрослые. Ее мама и папа. Которые у малышки теперь есть.

Непередаваемые, ни с чем не сравнимые чувства вспыхивают в груди при каждом прикосновении к ней. Слезы наворачиваются на глаза от переполняющих эмоций.

Маленькая моя, родная девочка.