Он молча подчинился, и я привела его в свою спальню.

Рыцарь остановился у порога, а я опустилась на колени, чтобы залезть в тайничок под кроватью. Мне казалось, воздух в комнате так и звенел.

– Значит, помолвка расторгнута? – спросил Морис, нарушив напряжённое молчание.

– Да, – ответила я коротко. – Я передумала.

– Значит, спор из-за земли остается?

– Да.

– И значит, я тоже должен остаться? – спросил он, заметно оживляясь.

– Да, мне бы хотелось просить вас об этом, – сказала я, достав из тайничка письмо отца. – И ещё вот… Прочтите.

Он взял письмо, развернул его и начал читать.

Я смотрела на мужчину, не отрываясь. Смотрела жадно, ловя каждое его движение. Сейчас он узнает, чего хотел мой отец… узнает, чего хочу я, а потом…

Но лицо сэра Мориса становилось всё более мрачным. Дочитав, он аккуратно сложил письмо.

– И что? – спросил он, протягивая письмо мне.

– Ты прочитал, чего хотел мой отец,– сказала я, и сердце моё заколотилось, как сумасшедшее. – Я хочу выполнить его волю. Хочешь ли этого ты?

Сейчас он скажет «да» и бросится на меня с поцелуями. А я обниму его за шею и не подумаю останавливать…

– Если вы о том, чтобы я стал вашим мужем, леди, – произнёс Морис жёстко и посмотрел мне прямо в глаза, – то я не согласен жениться на вас.

– Что? Почему?.. – только и смогла пролепетать я."

"– Вы же сами назначили меня своим опекуном, – сказал он. – Брак между опекуном и подопечной запрещён королевским законом, если вам известно.

– Известно, но ты – не опекун… Я сказала так, чтобы ни у кого не было вопросов…

– Вы сказали так, чтобы вам легче было оправдаться перед своим женишком. А потом решили обменять одного барана на другого.

Он вышел из спальни, и мне показалось, что мой фиалковый луг разом покрылся снегом и льдом, а солнце спряталось за тучи. Решила поменять одного барана на другого?.. Я?.. Но ведь…

– Подожди! – я побежала следом за рыцарем, столкнулась в коридоре с Арной, но даже не посмотрела на неё.

Когда я ворвалась в комнату сэра Мюфла, он уже надел свою чёрную шёлковую рубашку, а та рубашка, которую шила я, лежала на кровати – ненужная, скомканная и брошенная, как моё сердце.

– Ты не так понял, – я схватила Мориса за руку, пытаясь остановить.

– Даже не сомневаюсь, – он стряхнул мою руку и взял сумку и саблю. – Вы всё делаете очень искренне, леди, и от души. Особенно искренне обманываете, чтобы сделать так, как выгодно для вас.

– Ну что ты всё время вспоминаешь об этом! – я опять схватила его за руку. – Пойми, тогда у меня не было выбора. Я не знала, кто ты, чего от тебя ожидать. Ты застал меня врасплох, на поле с вилланками… Безо всякой защиты… Я должна была подготовиться.