— Я бы хотел по возможности заняться глубоким анализом вашего организма, ведь даже у лекарей, чей организм сам вырабатывает особый вид силы, и те не могут так быстро регенерировать серьезные раны.

— Насчет этого ничего сказать не могу, — я усмехнулся и глянул на себя в зеркале. — Как вы понимаете, у меня слишком плотный график, и когда освобожусь, я вам не скажу.

— Жаль, жаль, — он покачал головой. — Что ж, вы свободны, господин Мечников, всего хорошего.

— Благодарю, Тимофей Иванович, — я коротко поклонился. — Вы настоящий кудесник.

Лекарь лишь махнул рукой: иди, мол.

Эти три дня были настолько скучными, что вчера вечером я был готов уйти в самоволку. Только слова лекаря, что завтра меня отпустят, остановили от такого поступка. Меня один раз навестил Горький и постоянно звонил отец, каждые несколько часов. Он все рвался приехать, но не получилось. Задача с броней для армии оказалась куда сложнее, чем он думал, и приходилось все время посвящать этому.

У входа меня ждал Горький и еще один незнакомый мужчина в белом классическом костюме. Был он черняв, с карими глазами и гладко выбритым лицом. Не араб, но какая-то примесь арабских кровей там точно присутствовала.

— Здравствуй, Яр, — Горький пожал мне руку. — Знакомься, это Джинн. Имени тебе не скажу, он не любит это дело.

— Добрый день, — я улыбнулся и протянул руку Джинну, и тот ответил неожиданно крепким рукопожатием.

Хм, а в нем куда больше силы, чем кажется на первый взгляд. На первый взгляд он сильнее, чем Андрей. Внимательно присмотревшись к нему, я понял, что это такой же антимаг, как и мы. Только его аура почти отсутствовала, такое ощущение, что он ее намеренно прятал.

— А теперь поехали, — Горький кивнул в сторону черного внедорожника. — У нас четыре дня до начала турнира, мне приказали гонять тебя до седьмого пота. Не знаю, чем ты так насолил деду, но это его приказ.

— Деду? Ты про князя Пожарского?

— Про него, родимого. Министр обороны и по совместительству один из сильнейших архимагов империи, — Горький говорил максимально серьезно. — Поверь, парень, если ты когда-нибудь выйдешь против него на учебный поединок, готовься проигрывать. Опыт у него как у всех нас вместе взятых.

— Принял, — я усмехнулся. — Но, думаю, до этого не дойдет.

А даже если дойдет, то Пожарский сильно удивится. Будь он хоть трижды сильнейшим архимагом, я тоже не собираюсь стоять на месте. Сейчас мне мастера не соперники, а ведь я только приступил к тренировкам и пониманию своей силы.

Мы сели в автомобиль и резко тронулись с места. А через полтора часа мы остановились возле огромного закрытого ангара.

— Вот тут мы и будем тренироваться, — Горький сделал пригласительный жест. — Поверь, тебе понравится.

Он подошел к тяжелой стальной двери и набрал код.