Будут ли учитываться смягчающие обстоятельства? Вспомнит ли кто-нибудь, что он предупредил станцию о моретрясении? Что обнаружил месторождения марганца на несколько миллионов долларов? Что они с Люси могут выполнить под водой почти любое задание?

Эхолот на «Марлине» показывал глубину восемьдесят метров. Вокруг заметно посветлело, непроницаемо чёрная вода постепенно приобретала оттенок лазури, пока не сменилась наконец прозрачной синевой открытого океана. Солнечные лучи светлыми копьями пронзали воду и терялись в глубине. Поблизости охотился косяк молодых барракуд – серебристые иголки молниеносно меняли направление, словно их притягивал невидимый магнит.

Леон глубоко вдохнул и выдохнул, пытаясь запечатлеть в памяти это зрелище."

"Скоро они будут наверху. «Марлин» мягко покачивался на волнах – в глубине такого не было. Испуганная Люси присосалась к стенке батискафа.

– Всё нормально? Как ты себя чувствуешь? – спросил Леон.

– Здесь отвратительно светло!

– Скоро привыкнешь. Плыви-ка к кораблю – тебе сейчас откроют шлюз. Роджерс велела взять тебя на борт. Встретимся там, хорошо?

– Ладно. – Поколебавшись немного, Люси выскользнула из забортного контейнера и, вытолкнув струю воды, устремилась к смутно различимому рядом с батискафом тёмному корпусу «Фетиды». Неподвижный гребной винт напоминал огромный металлический цветок.

– Всё готово, можете цеплять нас на крюк! – объявил по рации Патрик, и перед куполом из оргстекла задрыгал ногами помощник в чёрном неопреновом костюме. С металлическим скрежетом и лязганьем крюк лебёдки прицепился к верхней стороне батискафа. В большое переднее смотровое окно плеснуло пенистой зелёной водой, а потом вдруг показался горизонт – их подняли в воздух. Снаружи кто-то выкрикивал команды, короткий рывок – и кран опустил их на палубу исследовательского корабля.

Патрик разблокировал люк, и они с Леоном, щурясь от света, вылезли из батискафа. Их уже дожидалась небольшая группа учёных и членов экипажа. Приветливые лица, любопытные лица. По крайней мере, не спецгруппа для исполнения приговора.

Леон ступил на шаткую палубу, и ему пришлось вцепиться в распорки «Марлина», чтобы не упасть. Люси права – свет здесь слишком резкий; если бы не специальные солнечные очки для поверхности, у него, наверное, сразу бы заслезились глаза. А тут ещё голова закружилась – только бы не началась опять морская болезнь: в прошлый раз на борту «Фетиды» его сильно укачало. Вдруг сердце у Леона замерло. Вон он, Тим – стройный и мускулистый, стоит, без усилия сохраняя равновесие. Доктор наук Тим Ройтер. И вид у него вовсе не разочарованный, как у Элларда и Коваляйнена: наоборот, увидев приёмного сына, он весь просиял.