Матушка сидела в плетеном кресле и не спеша пила чай из белой кружки.

— Доброе утро, мама.

Я подошла ближе и осторожно поцеловала ее в щеку.

После чего села в ближайшее кресло.

— Где ты была? — спросила она после минутной паузы, во время которой я должна была осознать всю тяжесть своего проступка и раскаяться.

Тяжесть осознала, но каяться не спешила. Этот трюк даже в детстве со мной не работал. Но мама упорно продолжала его использовать.

— Ходила на море.

Снова пауза и цепкий взгляд матери.

— Одна?

— Одна.

Тяжелый вздох и красноречивый взгляд, на который я снова не среагировала.

— Айрин, это крайне безответственно, — наконец произнесла она.

— Очень, — тут же согласилась я и благодарно улыбнулась служанке, которая поставила передо мной прозрачную кружку с холодным чаем, в котором плавали веточки мяты.

— А если бы что-нибудь случилось? Если бы на тебя напали?

— Я могу за себя постоять. Ты же знаешь.

Она недовольно поджала губы и продолжила:

— Я знаю, что без контроля дяди ты стала совершенно неуправляема. Я думала, что мы отлично проведем время…

— Мы отлично его проводим. И я очень благодарна тебе за возможность отдохнуть от бесконечных тренировок.

Матушка нахмурилась, но я знала, что она начала оттаивать.

— Если хочешь, то мы можем пойти на пляж после обеда. Вместе. А еще заглянуть в торговую лавку. Говорят, там привезли новые ткани.

— После обеда не получится.

— Почему? — удивилась я, отпивая чай.

— На обед обещал зайти Питер.

Я едва не подавилась.

— Опять? Зачем? — откашлявшись, спросила у нее.

— Что значит зачем, Айрин? — отставляя чашку на столик, возмутилась матушка. — Ты же вчера не вышла на ужин, а мальчик ждал.

— Питер давно не мальчик, мама. И я не вышла, потому что плохо себя чувствовала, — напомнила ей.

— А сегодня тебе резко полегчало, раз ты рано утром помчалась на пляж без сопровождения.

— Наверное, это стресс. Ты же тоже очень быстро излечилась от мигрени.

— Это неважно, — отмахнулась она, быстро возвращаясь к главной теме разговора. — Питер придет на обед, и ты будешь присутствовать. Ты поняла меня, Айрин?

— А я не отказываюсь, — допив чай, ответила я и встала. — Обязательно буду.

— Прими ванну и приведи себя в порядок. Надень то платье… красивое.

— Мам, они у меня все красивые.

— То синее, с бабочками.

— Снова? — усмехнулась я.

— Ох, нет, ты в нем уже была. Значит, лиловое, с цветами. Я пришлю к тебе кого-нибудь, чтобы помогли привезти в порядок твои волосы.

Спорить с матушкой было бесполезно.

— Хорошо.

— Что-то ты быстро со всем согласилась, — тут же насторожилась она. — Ты что-то задумала, Айрин?

— Нет, я ничего не задумала. Не переживай, с обеда сбегать я точно не стану.

Я действительно готова была поговорить с Питером.