Всем нам приходится чем-то жертвовать, такова наша доля. Наш долг. В конце концов, я же не прошу тебя убивать Хоторна. Можешь даже жить с ним, когда лабиринт будет уничтожен.

— Нет. Я не смогу.

— Лирин! — рыкнул дядя, моментально утратив доброжелательность. — Мне совершенно плевать, хочешь ли ты этого или нет. Ты встанешь сейчас и сделаешь то, что приказано, поняла меня?

— Собираетесь заставить?

— Если потребуется. Скажу, что ты перенервничала, сошла с ума от счастья. А я, как твой законный представитель, все сделаю сам.

— Только попробуйте, — поднимаясь, произнесла я.

«А ведь он действительно может! Этого я не предусмотрела!»

Дядя победно усмехнулся, правильно прочитав мои мысли.

— Вот и отлично.

— Нет!

В этот момент раздался стук, заставивший нас вздрогнуть и забыть о споре.

— Сейчас! Уже выхожу! — крикнул Финне Монрей.

— Откройте дверь.

Коннор.

Дядя зло зыркнул на меня, напоминая о молчании, но дверь открыл.

— Извините за этот инцидент Хоторн. Лирин немного перенервничала, — затараторил он, преграждая путь темному. — Сейчас успокоится, и продолжим. Да и вообще, зачем все эти церемонии, я и сам могу все…

— Оставьте нас, — перебил его Коннор.

— Что?

— Оставьте нас! — уже громче повторил мужчина.

— Не думаю, что это хорошая идея, — забормотал глава, пытаясь ненавязчиво выдворить Темного прочь. — Лирин сейчас не нужны потрясения, она и так на грани…

— Я в третий раз повторять не стану, — произнес Хоторн, и в его голосе проскользнули угрожающие нотки.

— Хорошо. Только недолго, — сдался Финне Монрей и, прежде чем уйти, бросил на меня многозначительный взгляд. — Лирин.

Дверь за ним закрылась. И мы с Коннором остались одни.

Он молчал, да и я не знала, что сказать.

— Ничего не хочешь мне объяснить?

Если мужчина решил, что таким образом сможет меня запугать или уговорить, то ошибся. Я только что пережила весьма неприятный разговор с дядей, после которого даже личная аудиенция у Императора покажется прогулкой по парку.

— Не ставь нас в неловкое положение, Хоторн! — решительно произнесла я. — Ничего нового я тебе не скажу.

— Неужели?

От холода в его голосе можно было замерзнуть. Но я была слишком взвинчена, чтобы реагировать на это.

«Так надеялась, что он не придет. Что гордость возьмет свое и Коннор уйдет, хлопнув дверью. Но нет… Темный оказался слишком идеальным!»

— Если ты настаиваешь, то могу повторять. Я тебя не люблю и замуж не выйду! — упрямо повторила я, старательно выговаривая каждое слово.

Не знаю, как Темный, а по мне они весьма болезненно били, заставляя сильнее сжимать кулаки.

Хоторн никак не отреагировал на мои слова.

Даже бровью не повел, лишь спокойно спросил:

— Закончила?

— Не совсем. Дай мне уйти.

— Нет.