Думаю, поступим так: первым идёт Крот, как только он доходит до лесополки, выдвигаешься ты и Якут, если будет сопротивление, вы его подавляете, мы поддерживаем огнём с места. Как только вы зацепитесь за лесополку, следом идём мы – я, Аватар, Кузя и Гоча.

- Я иду первым? – спросил Крот.

- Да, - кивнул Ганс.

- Зачем? – его глаза бегали, выражая нарастающий страх.

- Чтобы проверить, есть там кто, или нет, - ответил Ганс.

- Но почему я? – Крот перефразировал свои опасения.

- Потому что тебя не жалко, - прямо ответил Ганс. – Толку в бою от тебя никакого, так хоть на тебе проверим, будут они обороняться, или нет… хотя бы какая-то польза. Заодно узнаем, есть там мины, или нет.

После сказанного в блиндаже повисла тяжёлая тишина. Только что Ганс озвучил смысл, который никто из находящихся в блиндаже людей не хотел признавать, потому что этот смысл уничтожал последние надежды на то, что война может иметь хотя бы какое-то снисхождение и гуманность, цепляясь за которые можно было бы рассчитывать на сохранение собственной жизни. Эту надежду Ганс сейчас убил. У всех.

- В бою полезен даже самый бесполезный солдат, - подхватил Максуд. – Потому что и на него тоже враг будет вынужден расходовать боеприпасы.

«Кашник» улыбнулся, но люди, ясно понимающие, что через пару часов им предстоит шагнуть в ад, не улыбались в ответ. Крот побелел, трясущимися пальцами он расстегнул ворот, словно он мешал ему дышать.

- Ты стрелять-то умеешь? – спросил Ганс.

- Два раза стрелял на полигоне, - ответил Крот.

- А ну, дай, - Ганс протянул руку и вытащил из разгрузки Крота автоматный магазин. – В таком случае тебе он не пригодится.

- И мне дай, - Максуд тоже умыкнул у бородача магазин.

- Тебе и одного хватит, - сказал Гоча, забирая у Крота третий магазин.

У каждого бойца было по четыре автоматных магазина, чего, конечно, было недостаточно для динамичного боя, но кому ты что докажешь… сколько было, столько и выдали, а на вопрос Ганса, как воевать с таким количеством магазинов, ему резонно заметили, что их отправляют «сторожить лесополку, а не штурмовать её». Когда же задача изменилась, прапор со склада РАВ бригады был уже далеко – спросить с него было уже никак. К слову сказать, у пулемётчика носимый боезапас был представлен всего двумя лентами по сто патронов, остальное было в цинках, коробок под патроны ему тоже не выдали – никаких. На складе их не оказалось, по крайней мере, со слов складского прапора.

- Никуда не расходиться, - предупредил Ганс. – Спите здесь. У нас есть два часа.

Уместиться вшестером лёжа в этом блиндаже было невозможно, поэтому каждый скрючился как мог.