И я буду поддерживать тех, кто вопреки всему будет способен постоянно навязывать врагу свою волю, кто будет проявлять инициативу и диктовать врагу свои условия, даже если это будет приводить к потерям. Не враг, а мы должны владеть инициативой, тогда победа будет за нами.

- Я вас понял, - кивнул Ветер.

- Так, товарищи офицеры, - Каскад встал. – Расходимся работать, время, в отличие от остальных ресурсов, невосполнимо.

Пожав генералам руки, комбриг вышел в «предбанник», где сидели несколько задержавшихся командиров. Проходя мимо них, Ветер снова почувствовал на себе взгляды, но на этот раз они выражали не любопытство, а удивление и презрение – почему так вышло, что генералы оставили для разговора тет-а-тет именно командира семьдесят шестой бригады, а не других соединений, и почему этот полковник пробыл на аудиенции так долго – более часа…

Забравшись в свой бронированный «Патриот», Ветер попросил у водителя воды.

- Куда, командир? – спросил Лёха.

- На базу, - испив воды, ответил комбриг.

***

БМП-2, своими гусеницами разбрасывая в стороны грязь, въехала на окраину Востриково, где её уже встречал Жук из второго взвода.

Запрыгнув на броню, он указал механику-водителю направление дальнейшего движения, и вскоре «бэха» подкатила к сараю, у которого её ждала группа Бизона. Втроём они забрались на БМП.

Каштан был здесь же. Он продолжал тщетные попытки связаться с Гансом, одновременно с этим напутствуя Бизона."

"- Смотри, - взводный указал рацией в сторону «Десны» и «Зеи», - быстро подъезжаете, забираете Аватара, аккуратно укладываете его на ребристый, и дуете обратно. Глядите, не потеряйте раненого, придерживайте его на броне, чтобы не свалился.

- Прощай, лейтенант, - сказал Бизон. – Если мы погибнем, сдохни и ты в штурмах.

Механик газанул, и последние слова потонули в рёве двигателя. Машина развернулась и бодро побежала в сторону «Амура».

Каштан смотрел вослед уходящей «бэхи», в глубине души понимая, что всё происходящее – какой-то сюрр, что не следовало бы в дневное время направлять машину за раненым Аватаром, который вполне мог потерпеть и до наступления темноты, если уж так кому-то захотелось вытащить его с переднего края. Тем более, что его обезболили, и запасы нефопама позволяли полагаться на длительное их действие.

Однако, висящий над Каштаном Дамоклов меч угрозы отправки в штурмовое подразделение, перевешивал угрозу гибели группы эвакуации. Так-то это же могло случиться не с ним лично, а с другими людьми, а это совсем не больно. При том, что всегда можно сказать, что он выполнял задачу, поставленную свыше, а раз так, то за все последствия, которые могли наступить в результате принятого решения на эвакуацию в дневное время, должен будет нести вышестоящий командир.