Вестник от аргерцога пришел только сейчас! А ведь он и раньше мог справиться о том, как мы тут обосновались через того же лэдора Геварского, но он этого не сделал! Следовательно, был уверен, что мы под надежным приглядом, а также пока не планировал читать мои жалобы и давать надежду…

— Анастейза, если бы не наличие Гражских толкачей, то оказаться в герцогстве вы должны были не раньше последнего вехимана лета…

Я кивнула, то есть, по сути, я должна была быть только с дороги, и только-только «восхититься» щедрости короля. Однако пара месяцев не так уж и много для того, чтобы сломать крепкого орешка в моем лице, Амадео точно это понимал.

"

"— Именно сейчас есть шанс того, что аргерцог узнает о покушениях. Поверенные, отправленные за моим мужем, точно будут иметь беседу с лэдором Геварским, вряд ли он промолчит. Полагаю, в этот раз вряд ли удастся замолчать произошедшее, какими бы длинными не были руки заговорщиков. И раз стражников, отправленных со мной, не хватились, получается, что был отдан дополнительный приказ — остаться на землях Моррисон, о котором не знают простые солдаты, Арлис Фолк его попросту не озвучивал, а потом оказался под влиянием ментального приказа… И я даже не знаю, что лучше: попросить лэдора молчать или наоборот, расписать все в красках…

— Побойся Священной Пары, Анастейза! — вскинулся Тирхан.

 — Как это промолчать?

— А вот так, учитель. Если аргерцогу неизвестно о покушениях, следовательно огромного желания вернуть меня обратно никто из них не испытывает. Даже этот приказ, — я скривилась, вспомнив вестник, — поступил лишь после того, как они поняли, что не успевают перехватить предприимчивого Радана.

То есть только будучи уверенными, что я понесла, а вынашивание одаренного ребенка не может происходить в захолустье, непригодном для нормальной жизни.

Я усмехнулась. Будь эта земля не осененной милостью богов, то мне действительно пришлось бы очень и очень несладко. Справилась бы, тут без вариантов, но так бы привольно и уютно себя точно не чувствовала.

— Тут все очень просто, и вы прекрасно это понимаете. Уж поболе меня в политике разбираетесь, да при дворе вертелись не один ход.

Я покачала головой и сложила руки перед собой.

— Заслали девочку в захолустье, сначала-то леденцом красным поманили, золота горы пообещали, лишь бы с мужем на ложе взошла, а как гордость в девочке взыграла, так путь указали стремительный, чтоб впечатлилась слишком уж гордая, да сама назад запросилась. Им же невдомек, что в герцогстве не то, что выжить, а жить можно так, как ни в одном другом королевстве. Вот и не писал мне Его светлость Амадео, справедливо полагая, что до слез и моей капитуляции еще далеко.