Понимаешь, опасно! Я думал, ты об этом знаешь, а ты на меня так смотришь, будто первый раз про это слышишь. Ни в одном отеле в Египте ночью купаться не пускают. А вдруг рыба какая на тебя бы набросилась?!

— Какая рыба?

— Акула, например.

— Акула?!

— Ну, не акула, а может, мурена или еще какое чудо-юдо. Тут всяких тварей полно.

— Что же, эти твари только по ночам кусают, а днем не трогают?

— Не знаю, но купаться по ночам тут строго запрещено.

Анатолий немного смягчился и взял меня за руку.

— Дуреха, как ты могла? Ведь с тобой могло случиться все, что угодно. Я привез тебя сюда и несу за тебя ответственность.

Ты хоть это понимаешь?

— Я не сказала самое главное, — наконец вырвалось у меня. — Меня напугало совсем не это. Там спасателя убили. Убийца был одет в длинный кожаный плащ и ковбойскую шляпу.

— Что?!

— Я говорю, что там, на пляже, на моем полотенце лежит мертвый спасатель.

— А с чего ты взяла, что он мертвый? — Анатолий побледнел еще больше, а сидящая рядом с ним Лена, напротив, заметно покраснела.

— С того…— Я глотнула побольше воздуха и почувствовала, как у меня вновь поплыло перед глазами.

 — С того, что живые так не смотрят.

— Как?

— Так смотрят только мертвые.

— Мертвые вообще смотреть не могут, — осторожно заметил ошарашенный Анатолий."

"— Мертвые ничего не видят, но это совсем не означает, что они не умеют смотреть, — возразила я. — Просто когда мертвые смотрят, в их глазах нет жизни. В них видна только смерть. Он лежит там, на моем полотенце, и в его груди торчит рукоятка.

— Какая рукоятка? — Анатолий тяжело задышал, а в его глазах читалось недоверие.

— Рукоятка от ножа. Она очень большая, железная, вся резная, в каких-то узорах.

Наверно, это даже не нож, а кинжал.

— Кинжал?!

— Ну, может быть, не кинжал, но очень на него похож.

Анатолий и Лена переглянулись и словно застыли на месте. Лена как-то нервно прокашлялась. В ее глазах был виден испуг.

— Чертовщина какая-то. На этой вилле никогда не было происшествий. Тут всегда спокойно, и на территории никогда не было посторонних, и уж тем более никто никого не убивал. Нужно срочно вызвать полицию, — первой пришла в себя девушка.

— Для начала надо увидеть все своими глазами, — возразил ей мой спутник.

Анатолий нажал на кнопку вызова прислуги и вместе с Леной и пришедшими арабами отправился на море.

Как только я осталась одна, я встала, пересиливая боль в колене, и, прихрамывая, дошла до бара, чтобы налить себе виски. Налив полный бокал, я бросила в него дольку лимона и сделала несколько мелких глотков. Голова просто раскалывалась, и я чувствовала себя отвратительно. Впрочем, по-другому и не могло быть, ведь я пережила сильное потрясение. Облокотившись о барную стойку, я закрыла глаза и медленно потягивала виски.