Мне вспомнилось то удивительное время, когда мне было двадцать, когда к моим ногам не нужно было бросать весь мир, хотя бы по той причине, что он и так был у моих ног. Когда у меня были десятки поклонников, мечтавших заполучить мое сердце… Боже, их было столько, что я просто не могла выбрать. Их было так много, что наверно именно по этой причине я и осталась одна. Они дарили мне цветы, объяснялись в любви, говорили комплименты, а я просто утопала в их внимании, не в силах выбрать кого-то одного. Спустя годы я начинала думать и сожалеть о том, что было, уже не в состоянии что-то изменить и переделать.

Даже моя мать верила в то, что я обязательно выйду замуж и достану самую яркую звезду с неба. Уж больно много я хотела от жизни, уж слишком стремилась жить… И я тянулась за этой звездой. Я как могла тянулась за этой звездой, с кем-то встречаясь, а с кем то прощаясь… Я тянулась, как только могла… И в результате я осталась одна. Сначала годы просто шли, затем они двинулись скорым шагом, потом побежали вприпрыжку, а я по-прежнему была одна и уже… и я уже не тянулась за звездой, потому что в один прекрасный день вдруг поняла, что моей звезды на небе просто нет. Я даже вспомнила того славного мальчишку, с которым я десять лет просидела за одной партой. Он носил мой портфель, постоянно на меня злился и всегда ждал… Ждал, что когда-нибудь я оглянусь вокруг себя, пойму, что не нужно ходить далеко, пойму, что удивительное — рядом, и обязательно отвечу на его чувства. Я даже помню, как его зовут. Олег Архипов — это имя вряд ли у меня когда-нибудь сотрется из памяти. Он ждал десять школьных лет и несколько лет после школы. Он всегда терпеливо ждал. А затем, он закончил летное училище и пришел ко мне в погонах. Пришел для того, чтобы увести меня вместе с собой и предложить всю жизнь быть рядом. Он нервничал, много говорил, вспоминал наши школьные деньки, а потом сказал мне, что он устал быть один, что его безответное чувство растянулось на слишком долгие годы… Он рассказывал мне про свои самолеты, показывал многочисленные фотографии и радовался как ребенок тому, что у него есть любимое дело, о котором он мечтал со школьной скамьи; вот только нет рядом с ним девушки, о которой он тоже мечтал со школьной скамьи. У нас был долгий ночной разговор. Мы смотрели на звездное небо, которое он уже избороздил вдоль и поперек, он говорил, что утром ему улетать, и уговаривал меня лететь вместе с ним… Но я не могла. Я по-прежнему не могла, потому что я должна была достать звезду с неба… Я не отвечала на его многочисленные письма, а на звонки отвечала односложно: привет, все нормально, как у тебя.