Михаил хмыкает:

– Если в алкогольную завязку ты уходишь так же, как в сексуальную, то это гиблое дело.

– В смысле? – я с подозрением смотрю на самоубийцу.

– Ну вчера ты мне говорила, что объявила целибат, и сняла трусы…

Блядь.

Нет слов. Давненько я не хлебала такого позора.

И все из-за чего? Трех коктейлей! Или пяти… Но это не точно.

В норме, я могу выпить больше. Если не мешать текилу ни с чем.

Ладно, надо валить из этой синей избы. Работушку никто не отменял, а приводить себя в форму я буду долго. Капец, конечно. Так ведь можно и заслужить кличку «Баклажан», потому что вечно синяя.

В то, что я практически не пью, Михаил не поверит ни за что.

Я выползаю из кровати, обмотавшись одеялом, которое оказалось единственным, и тем самым обнажаю Юдина, не озаботившимся бельем. И кое-что приветливо покачивается, предлагая вернуться в постель.

– Вот скажи мне, – спрашиваю я. – Ты извращенец? Зачем ты лег без трусов со мной в кровать? Почему мы вообще в одной кровати? Я помню милый диванчик в гостиной.

– Во-первых, ты никак не могла угомониться в поползновениях к моему телу…

– А ты, конечно, не такой? – хмыкаю я.

– А во-вторых, я почти уговорился…

– Скотина! – дотягиваюсь и бью его подушкой. ­– И как только совести хватило остановиться?

– Не хватило, – признается ржущий Юдин. – Просто ты отрубилась. Поза была пикантная, но это уже некрофилия.

– Ты точно извращуга! Это ж надо позариться на бухую в драбадан!

– Ты была такая милая… И на все согласная."

"Оу май гад! Кстати. Точно гад!

– Где у тебя аспирин, Михаил Батькович?

– На кухне, на столе приготовил. Радуйся, синя девица.

Тьфу.

Я бреду в указанном направлении, по пути собирая детали своего гардероба.

М-да. Я явно вчера была в ударе.

Шипучий аспиринчик приятно кисленький и ненадолго возвращает меня в мир живых.

Стоп. А как я вообще здесь оказалась?

С этим вопросом я возвращаюсь к Юдину, уже частично одевшись и чувствуя себя более уверенно. Трусы – это дело такое. Почти как доспехи.

– Юдин? Юдин, не спи.

– За что мне все это?

– За все. Не спи, Юдин. Почему я здесь?

– О! Это отдельная история, дорогая!

Глава 47

У меня не то чтобы дурное предчувствие...

Кажется, Юдин видел меня во всей красе, но узнавать отдельную историю страшновато.

Однако, необходимо.

– Я, что, влезла к тебе по пожарной лестнице?

– Если бы, – вздыхает Михаил. – Это было бы не так… шумно.

У меня все холодеет внутри.

– Так. Не тяни интригу. Выкладывай!

– Я уверен, что ты не хочешь знать, – посмеивается Юдин.

– Давай, – мрачно говорю я. – Добивай. Я удавлюсь, если ты будешь надо мной ржать, а я не буду знать из-за чего. И я больше, чем уверена, что ты все равно мне расскажешь, только в самый неподходящий момент. Колись.