Когда мы добрались до столицы, я остановил экипаж у одного из переулков и кивнул Виктору.

— Сопроводи его в Бюро сам, — сказал я. — А я, может, еще успею на показ.

Виктор поднял бровь, явно удивлённый моими словами.

— Ты серьёзно? — спросил он, глядя на меня с недоумением. — Ты только что уговорил этого ублюдка сдаться, а теперь собираешься на светское мероприятие?

— Именно, — ответил я, снимая маску и переодеваясь прямо в экипаже. — Это важный день для моей сестры. Я обещал ей быть там. Должен успеть хотя бы под конец мероприятия.

Виктор хмыкнул, наблюдая за тем, как я скидываю плащ и надеваю парадный костюм, который был сложен в одной из сумок.

Я видел, как его губы дрожат от сдерживаемого смеха.

— Ты слишком много на себя берёшь, Максим, — наконец произнёс он, но в его голосе слышалось что-то похожее на уважение. Вот подобного я точно от него не ожидал. — Но ничего, ты сделал всё, что нужно. Репутация будет сохранена. И моя тоже. Да и честь Бюро мы отстояли, что тоже немаловажно."

"— Не стоит благодарностей, — усмехнулся я, поправляя манжеты рубашки. — Для меня это был неплохой опыт. Доложи, что мое ходатайство будет завтра, и оставь у Соколова фамилию судьи, которому отдадут это дело.

Виктор кивнул, но в его глазах я заметил что-то похожее на благодарность. Конечно, он был суровым, молчаливым убийцей готовым выполнить любой приказ Бюро, но даже такие люди могут испытывать эмоции. Просто выражают их по-другому.

Я повернулся к чиновнику, который безучастно смотрел в окно все время нашей поездки.

— Я не такой как остальные аристократы. И не хочу убивать людей просто так. Путь, выложенный трупами, всегда неверен. Так что я сдержу свое слово. Но знайте, что те, кто встает у меня на пути, всегда получает наказание.

И оно справедливо.

Хлопнув по плечу Виктора, я вылез из экипажа, бросая через плечо:

— Увидимся позже.

— Только не опаздывай в Бюро. У нас ещё будет работа.

Я лишь махнул рукой, направляясь к Модному Дому Голицына. Время поджимало, и я надеялся успеть хотя бы к концу мероприятия. Только вот, когда я добрался до места, меня ждал неприятный сюрприз.

Люди уже расходились. Вот ведь!

На выходе я увидел Анастасию и Голицына. Они стояли у дверей, провожая гостей. Настя выглядела счастливой, её лицо светилось от восторга, а глаза блестели яркими эмоциями.

Она явно была довольна тем, как всё прошло. Голицын, как всегда, был в своём репертуаре — улыбающийся, полон энергии и готовый раздавать комплименты направо и налево. Для него все это было словно дыхание.

Люди, одетые по последнему слову столичной моды, медленно выходили из здания, переговариваясь между собой. Я слышал их голоса, то и дело улавливая обрывки фраз. Не мог не отметить, что обсуждения касались именно того, что я, по сути, и предложил.